Но когда все энты собрались вокруг Древобрада, слегка склонив головы, бормоча своими медленными музыкальными голосами и глядя внимательно на чужеземцев, хоббиты увидели, что все они принадлежат к одному виду, у всех одинаковые глаза: не такие старые и глубокие, как у Древобрада, но с тем же неторопливым, устойчивым и задумчивым выражением и с теми же зелеными огоньками."
"Как только собралась вся компания, образовав широкий круг вокруг Древобрада, начался любопытный, но непонятный разговор. Энты начали медленно бормотать: вначале один, потом к нему присоединился другой, пока все они вместе не стали напевать что-то, какую-то тягучую песню.
Мелодия поднималась и опускалась, то становилась громче с одной стороны круга, то затихала, но усиливалась с противоположной стороны. По-видимому, язык был энтский и производил на слух приятное впечатление, но Пиппин не мог ни разобрать, ни понять ни единого слова, и постепенно внимание его рассеялось. Прошло немало времени, а песня все не смолкала. Пиппин поймал себя на мысли, что язык энтов уж слишком нетороплив.
Вряд ли они даже успели обменяться приветствиями; сколько же дней займет перекличка их по именам? Интересно, как по-энтийски «да» и «нет», подумал он и зевнул.
Древобрад немедленно повернулся к нему.
— Хм, ха, хой, мой Пиппин! — сказал он, и остальные энты прекратили пение. — Я забыл о том, что вы торопливый народ; к тому же утомительно слушать речь, которую вы не понимаете. Я сообщил ваши имена Энтмуту, все энты видели вас и согласились, что вы не орки и что в старый список должна быть внесена новая строка.
Мы пока не продвинулись дальше, но для Энтмута это и так очень быстрая работа. Можете пока пойти в глубь лощины, если хотите. Вон там, у северного края, есть источник с хорошей водой, если вам нужно освежиться. Должно быть сказано еще несколько слов, прежде чем начнется настоящий Мут. Я отыщу вас и скажу, как продвигаются дела.
Он поставил хоббитов на землю. Прежде чем уйти, они низко поклонились.
Этот поступок, казалось, очень поразил энтов, судя по их бормотанию и блеску глаз, но скоро они вернулись к своим делам. Мерри и Пиппин поднялись по тропе, идущей с Запада, и посмотрели через отверстие в изгороди. От краев лощины поднимались длинные, одетые деревьями склоны, образуя ряд гребней, а над гребнями, над вершинами лиственниц поднималась крутая и белая вершина высокой горы. К Югу, насколько они могли видеть, уходил Лес, теряясь в серой дымке.
