Сэм выбрался из папоротника, но никто не обратил на него внимания, и он пробрался к концу ряда людей, откуда мог все видеть и слышать. Он внимательно слушал и смотрел, готовый прийти на помощь, если понадобится. Он видел лицо Фарамира, на котором теперь не было маски: оно было строгим и властным, а взгляд был пронзительным и твердым. Сомнение было в его серых глазах, которые не отрывались от Фродо.
Скоро Сэм понял, что капитан не удовлетворен ответами Фродо в нескольких пунктах: какую роль он играл в Братстве, вышедшем из Ривенделла; почему он оставил Боромира; куда он идет сейчас? Особенно часто он возвращался к Проклятию Исилдура.
Он явно понял, что Фродо скрывает от него какое-то дело чрезвычайной важности."
"— Но именно приход невысоклика может разбудить Проклятие Исилдура, во всяком случае, так можно понять загадку, — настаивал он. — Если вы и есть тот самый невысоклик, о котором идет речь, вы должны были принести с собой эту вещь, чем бы она ни была, на Совет, о котором вы говорили, и Боромир видел ее.
Будете ли вы отрицать это?
Фродо не ответил.
— Вот! — воскликнул Фарамир. — Я хочу больше узнать от вас об этом. Все, что касается Боромира, касается и меня. Стрела орка убила Исилдура, как говорится в старых преданиях. Но орковских стрел множество, и вид одной из них не был бы принят Боромиром за знак судьбы. Сохранили ли вы эту вещь? Она спрятана, говорите вы; но не вы ли выбраны скрывать ее?
— Я не должен был скрывать ее, — ответил Фродо. — Она не принадлежит мне.
Она не принадлежит никому из смертных — великих или малых; хотя если бы кто-то предъявил на нее претензии, то это мог бы быть только Арагорн, которого я упоминал, предводитель нашего Братства от Мории до Рауроса.
— А почему не Боромир, принц города, что основан сыновьями Эарендила?
— Потому что Арагорн происходит по прямой линии, от отца к отцу, от Исилдура, сына самого Эарендила. И меч, которым он владеет, это меч Эарендила.
Ропот изумления пробежал по кольцу людей. Некоторые громко воскликнули:
— Меч Эарендила! Меч Эарендила идет в Минас-Тирит! Великие новости!
Но лицо Фарамира оставалось неподвижным.
— Может быть, — сказал он. — Но такое важное утверждение должно быть обоснованно, и даже если бы Арагорн пришел в Минас-Тирит, ему пришлось бы предъявить несомненные доказательства. Но когда я выступил шесть дней назад, он все еще не пришел, и никто из вашего Братства не пришел.
— Боромир был удовлетворен этим утверждением, — заметил Фродо.
