— Я должен идти поискать стрелы, — сказал Леголас. — Кончится ли когда-либо эта ночь, чтобы я мог получше целиться?
Арагорн прошел в крепость. Здесь, к своему отчаянию, он узнал, что Эомер не пробился в Хорнбург.
— Нет, он не вернулся от стены, — сказал один из вестфолдцев. — Когда я в последний раз видел его, он собирал вокруг себя людей, чтобы пробиваться ко входу в крепость. С ним были Гамлинг и гном; но я не мог пойти с ними.
Арагорн прошел через внутренний двор и поднялся на высокую башню. Здесь у узкого окна стоял король, глядя на долину.
— Какие новости, Арагорн? — спросил он.
— Стена прорвана, Повелитель, и защита ее сметена, но многие пробились в крепость.
— Эомер здесь?
— Нет, Повелитель. Но многие ваши люди отступили в пропасть; некоторые утверждают, что с ними был и Эомер. В узком ущелье они сумеют отразить врага и прорваться в пещеры. Есть ли у них там надежда, я не знаю.
— Больше, чем у нас. Там хранятся запасы провизии. И воздух там свежий из-за щелей в скалах. Никто не сможет ворваться в пещеры, если их защищают решительные люди.
Они могут продержаться там долго.
— Орки применили колдовство Ортханка, Повелитель, — сказал Арагорн. — Они использовали взрыв и огонь и благодаря этому захватили стену. Им же они могут завалить вход в пещеру и замуровать защитников. Но сейчас мы должны обратить все мысли к собственной обороне.
— Я мучаюсь в этой тюрьме, — сказал Теоден. — Если бы я мог взять копье и поскакать по полю впереди моего войска, то я, может быть, вновь ощутил бы радость битвы.
Но здесь от меня мало пользы.
— Здесь вас, по крайней мере, охраняют в самой сильной крепости Марки, — заметил Арагорн. — Здесь больше надежды защитить вас, чем в Эдорасе или даже в Дунхарроу в горах.
— Говорят, Хорнбург никогда не уступал нападающим, — сказал Теоден. — Но теперь же сердце мое в сомнении. Мир меняется, и то, что раньше считалось сильным, теперь небезопасно. Как может крепость противостоять такому количеству врагов и такой ненависти? Если бы я знал, что Изенгард собрал такую силу, я бы, наверное, не решился выступить, несмотря на все искусство Гэндальфа.
Его совет не кажется сейчас таким хорошим, как при свете утреннего солнца.
— Не судите о совете Гэндальфа, пока все не кончилось, Повелитель, — заметил Арагорн."
"— Конца ждать недолго, — возразил король. — Но я не хочу быть захваченным здесь, как старый барсук в норе. Хасуфель, Снежная Грива и лошади моей охраны находятся во внутреннем дворе.
