Они не разжигали костров, потому что не были уверены в ходе событий, но установили круговую охрану и разослали повсюду разведчиков, мелькавших как тени на равнине. Ночь медленно проходила без новостей и тревоги. На рассвете прозвучал рог, и менее чем через час войско вновь выступило.
Над головой туч еще не было, но в воздухе повисла тяжесть, было слишком жарко для этого времени года. Восходящее солнце окуталось дымкой, а за солнцем, медленно по небу, поднималась тьма, как будто с Востока надвигалась большая буря.
А на Северо-Западе, у подножия Мглистых гор, казалось, тоже сгущалась Тьма, Тень медленно поползла от долины Мага.
Гэндальф проехал назад, туда, где рядом с Эомером ехал Леголас.
— У вас острые глаза вашего волшебного народа, Леголас, — сказал он, — они могут за милю отличить воробья от зяблика. Скажите мне, видите ли вы что-нибудь там, в Изенгарде.
— Много миль разделяет нас, — заметил Леголас, глядя туда и прикрывая глаза ладонью. — Там движется большая Тень, огромные Тени передвигаются на берегу Реки, но что это такое, я не могу сказать.
Это не туман и не облако, обманывающее мои глаза. Чья-то воля наложила Тень на землю, и эта Тень движется вниз по Реке. Как будто сумерки бесконечного Леса спускаются с холмов.
— А за ними идет буря из Мордора, — сказал Гэндальф. — Будет черная ночь.
К концу второго дня пути тяжесть в воздухе усилилась. В полдень темные тучи затянули небо, мрачный полог с большими волнующимися краями затмил меркнувший свет. Солнце исчезло, кроваво-красное в дымном тумане.
Копья всадников засверкали огнем, когда последние лучи света коснулись отвесных пиков Трихирна. Теперь войско находилось очень близко от северного отрога Белых гор — три неровных зубца смотрели на закат солнца. В последних красных лучах воины авангарда увидели черное пятнышко — какой-то всадник скакал им навстречу. Они остановились, поджидая его.
Он подъехал, усталый человек в измятом шлеме и с изрубленным щитом. Медленно он спешился и стоял некоторое время тяжело дыша.
Наконец он заговорил.
— Здесь ли Эомер? — спросил он. — Вы пришли наконец, но слишком поздно и со слишком малыми силами. Со времени гибели Теодреда дела идут плохо. Нас отогнали вчера от Изена с большими потерями; много нас погибло при переходе через Реку. Ночью же свежие силы перешли через Реку и напали на наш лагерь. Весь Изенгард, должно быть, опустел. Саруман вооружил диких людей Гор и пастухов Дунланда из-за реки и их тоже напустил на нас.
