Что-то с кранном подачи воды. Я связалась с управляющей компанией, но сантехник пообещал прийти только в понедельник. Пришлось звонить брату.
- Здесь все трубы давно пора менять. - заключает он, поднимаясь на ноги. - Все проржавело уже...
- Я следующим летом ремонт начну. - обещаю в который раз.
- Ты? - хмыкает брат скептично. - На какие деньги? Снова в кредит залезешь? Ты его закрыла, кстати?
- Почти. Два месяца осталось.
- Два месяца... - передразнивает противным голосом.
Эта квартирка маленькая и очень старая, досталась мне от нашей прабабушки.
Капитального ремонта в ней не было, наверное, лет пятьдесят. Все, что я смогла себе позволить - заменить два окна и поставить на кухне крохотный кухонный гарнитур и купить новый холодильник. Но и на эти покупки пришлось брать кредит в банке, против которого была вся моя семья.
- Нормального мужика тебе надо.
- Все, можно пользоваться водой? - спрашиваю, игнорируя реплику Игоря.
- Можно. Полы сама помоешь?
- Конечно. Спасибо тебе огромное!.
. - включаю кран и, дождавшись, когда пойдет чистая вода, намыливаю руки. - На чай останешься?
- Нет. Я Маринке обещал в торговый центр с ней сходить.
Незаметно облегченно выдохнув, улыбаюсь и пожимаю плечами.
С моими братьями непросто. Я младшая в семье, и они до сих пор думают, что мне нужно завязывать шнурки и заплетать косы.
Наша мама умерла, когда мне было шесть - что-то с сосудами головного мозга.
Братьям на тот момент было 12 и 14 лет, и они вместе с отцом растили и воспитывали меня как могли.
Иногда коротко стригли и в одежде отдавали предпочтение практичным и не марким цветам, но я всегда была сыта и тепло одета. Хорошо училась и редко болела.
Папа женился снова только когда мне исполнилось восемнадцать. Когда решил, что я уже достаточно взрослая, чтобы он мог не волноваться за наши с мачехой отношения. Они у нас, кстати, прекрасные.
А вот братья до сих пор относятся ко мне как к недееспособной. Устроили бунт, когда после свадьбы папы я захотела жить отдельно, очевидно, решив, что я самостоятельно не смогу дверь в подъезд открыть.
Проводив брата, принимаюсь за уборку. Собираю ржавые лужи с пола и оттираю стены.
Сознательно растягивая ее, пытаюсь блокировать сознание от атакующих его мыслей.
После вчерашнего мое душевное состояние все еще в раздрае. Сначала было жуткое оцепенение, которое длилось часа три. Потом мне казалось, что я заболела - меня знобило и бросало в жар, как при высокой температуре.
