Иногда подруга похожа на заботливую мамочку-сваху и пытается найти мне подходящую, по ее мнению, вторую половинку. Но вкусы у нас абсолютно разные, и поэтому все ее любовные предприятия оканчиваются крахом.
Я и не заметила, как уснула, а моя голова не нашла ничего лучшего, как склониться к плечу Антона и успокоиться на нем. Спала я беспокойно и иногда просыпалась, медленно открывала глаза, а потом вновь закрывала их, чтобы забыться и отрешиться от ужасного кино и не менее дурацкой жизни. Иногда мне казались странные вещи: вместо динамичных оров и писков в фильме я слышала чей-то далекий красивый голос, а иногда мне казалось, что кто-то гладит меня по волосам, осторожно касаясь, чтобы не разбудить.
Это было очень приятно.
Мой сон кончился с особенно диким воплем на экране. Я резко распахнула глаза, увидела впереди себя клыкастое склизкое личико темно-коричневого цвета (зомби как-то побурели и сгнили за время своих странствий, что ли?), которое нежно улыбалось, словно позировало для обложки «Космополитена».
Я машинально сжала пальцы так и держащего меня за руку Антона. Он повернулся ко мне, и его лицо было так близко от моего, что это показалось мне неприличным и странным. Давай-давай, отвернись…
Я подняла голову от его удобного плеча, едва не задев его подбородка своим лбом, и зевнула.
— Я это… — следя за происходящим на экране, сказала я, — заснула. Прости… Сама от себя не ожидала.
— Ничего. Спи дальше, Катя.
Я отказалась, хотя не против была бы поспать еще немного.
Удобно, однако, на мужском плече дрыхнуть. Хотя вообще-то не на каждом плече будет комфортно располагать головушку, так что Антошка может гордиться собой.
— Скоро конец, да? — радостно спросила я. — Что тут произошло? Блондинку убили?
— Нет, — покачал головой Антон, — она и еще пара человек до сих пор живы.
— Жесть, — всплеснула я руками, увидела, что у Антона закончился попкорн, и протянула ему свой, — кушай, деточка, я больше не могу, — всучила я ему в руки коробку.
Пусть ценит. Нинка вот своей законной едой никогда не делится, тем более с парнями.
— Спасибо, — так осмелел рядом со мной молодой человек, что даже не стал жеманиться и, отводя взгляд, говорить, что он ничего не хочет.
— А можно, я опять прилягу? — поинтересовалась я, тоже наглея прямо на глазах. Нинка бы мной гордилась.
Антон кивнул и опять погрузился в мир мертвячного ужастика. Так мы и досматривали фильм, держась за руки, как влюбленная парочка.
