Нинки нет, Антона, который, оказывается, у нас водит машинку и не страдает, наверное, отсутствием денег, тоже нет. Телефона нет. Зато есть головная боль.
— Ты спишь? — раздалось вдруг у меня над головой. Я открыла глаза и тут же увидела Антона, который улыбался, держа два стаканчика с дымящимся кофе.
— Ты! — вскочила я, едва не задев один из пластиковых стаканчиков с горячей коричневой жидкостью.
Нет, вот мой спаситель, человек, взявший на себя чужую вину, а я, вместо того чтобы поблагодарить его, ору ему в лицо «ты!» и даже чуть было не сделала его счастливым обладателем мокрой одежды и пары-другой ожогов на груди.
Ничего не говоря, а только поправив очки, он сел рядом со мной и так же молча протянул кофе. Терпкий любимый аромат тут же заставил меня схватить стаканчик и начать перемешивать тоненькой ложечкой сахар.
Я столько всего хотела сообщить Антону, пока его искала. И о том, что он круглый дурак — раз совершил такой глупый и безрассудный поступок, и то, что не нужно это было делать ради меня, и слова препода я хотела ему передать, и кучу вопросов задать: и про тесты, и про машину, и про самочувствие — не хочет ли он, Антон Тропинин, еще раз под машину того… броситься? А теперь и не знала, что сказать, кроме скромной фразы, которую я и произнесла перед тем, как принялась за горячий кофе:
— Спасибо, Антон.
Ты… ты меня здорово выручил. И за кофе — спасибо. — И мои пальцы сами собой стали дальше ложечкой перемешивать тающий сахар.
Да, я не вставляла в свою речь ветвистые украшения, и моя благодарность не была эмоциональной и горячей, зато я была искренна.
Это Нинка, к примеру, стала бы рассыпаться в благодарностях и даже может быть, поцеловала в щечку, а час спустя могла уже забыть благовидный поступок и плести за спиной интриги против своего спасителя.
Правда, я была очень искренней.
Наверное, одногруппник понял меня, потому что он только чуть улыбнулся, кивнул и, сидя рядом со мной на лавке, отпивал из своего стаканчика, время от времени касаясь меня локтем — когда подносил кофе к губам.
Так мы и просидели всю перемену молча. Интересно, а почему он мне решил кофе купить-то? Откуда он знает, что именно этот напиток меня успокаивает и бодрит? Хотя я что-то преувеличиваю, ведь кофе — универсальное средство для тонизирования большинства населения Земли. Опять, Катя, ты напридумывала себе. Решила, что месье Тропинин — маг и экстрасенс вроде Альбины?
Ну в конце концов хорошо, что он заботливый.
