– Почему-то мы с тобой не рассмотрели самый очевидный вариант, – сказал он Маше, в ошеломленном молчании переваривавшей новость об Илюшине, – поговорить с девчонкой. Формально Тогоев не запрещал с ней встречаться, к тому же я не собираюсь сообщать, что занимался слежкой. Вряд ли она настолько уверена в своем плане, чтобы не испугаться, узнав, что есть свидетели ее разговора с исполнителем.
– А если нет?
– А на этот случай мы подстрахуемся, – деловито сообщил Сергей, в голове которого логично выстроились все предстоящие действия.
– Служить остаток дней телохранителем при Конецкой я не собираюсь, а значит, нужно сделать так, чтобы на Сахарову надавил кто-то еще, кроме меня.
– Ты имеешь в виду Тогоева?
– Больше некому ее приструнить.
– Подожди… Сережа, а ты сможешь найти того парня, с которым разговаривала Сахарова?
Бабкин задумался. Поначалу ему казалось, что это почти невыполнимая задача. Но по здравом размышлении он признал, что ничего не выполнимого в этом нет. При одном условии…
– Они же учились вместе… – пробормотал он.
– Что? – не поняла Маша. – Ты о чем?
– В разговоре Сахарова сказала парню, что он даже списывать у нее боялся.
– Так они бывшие одноклассники!
– Да, скорее всего. А Тогоев предусмотрительно предоставил мне все данные о том, где училась его дочь и с кем общалась.
– А ты сможешь узнать парня по фотографии? – живо спросила Маша.
– Смогу. Вот только, боюсь, парень ни в чем не признается, а девчонка найдет другого исполнителя, вот и все.
– Тогда действительно остается только один вариант, – подумав, сказала Маша. – Поговорить с ней, а затем доложить Тогоеву, что его задание выполнено.
– И пусть дальше сам разбирается со своей дочерью, – подытожил Бабкин.
На этот раз ему пришлось дожидаться Юлю у подъезда гораздо дольше. Сахарова не показывалась до шести часов вечера, и Бабкин уже начал опасаться, что сегодня она совсем не выйдет из дома. Когда вслед за молодой женщиной, держащей за руку мальчишку в съехавшей на глаза кепке, вышла Юля, Сергей не сразу ее узнал.
Сегодня она выглядела иначе. Исчезли ботинки на платформе, спортивная куртка – их сменил тонкий черный плащ, рукава которого были ей чуть длинноваты, как всем невысоким девушкам. Изменилось и что-то еще, но Бабкину некогда было оценивать внешность Сахаровой – его куда больше занимали другие вопросы.
Он специально хлопнул дверью машины, чтобы привлечь ее внимание, и добился своего – девушка обернулась.
