Сам знаешь, что от меня будет только польза. Если умереть придется, так вместе. Или только я, а ты живой останешься. Правда, Глеб. Хочешь, я побуду твоим ангелом-хранителем? – Девушка положила подбородок ему на грудь, посмотрела на него ясными глазами.
Он мог убеждать, возражать или молчать. Сама поймет, дело нехитрое.
Настя все поняла, трагично вздохнула. Когда он открыл окно, она просто прижалась к нему, молчала, а потом смотрела, как Глеб брел по пояс в снегу и пропал за углом.
Странно, но он не чувствовал угрызений совести.
Возможно, они появятся через какое-то время.
Глава 5
Наступление выдохлось, советские войска встали в четырнадцати километрах от Волоколамска и дальше не продвинулись ни на шаг. Германская армия была побита, сократилась, но все еще оставалась грозной силой, способной на самые неприятные сюрпризы. Наши батальоны ушли за мост и сутки бились в полях и перелесках, тщась расширить плацдарм. Танки нарвались на минное поле и отошли.
Красноармейцы рыли землянки, блиндажи, соединяли их ходами сообщений.
Ходили слухи, что на данном рубеже придется задержаться. Поэтому позиции бойцы оборудовали основательно, утепляли землянки. Возгласами одобрения были встречены грузовики с новенькими буржуйками, самой ходовой продукцией нескольких московских заводов.
Мост, отбитый Шубиным, остался в советском тылу.
Немецкий грузовичок разведчики перекрасили, нарисовали красные звезды на бортах, так, для самых бестолковых. Машина весело бежала по накату. Бойцы, вытянув шеи, провожали глазами место недавнего боя.
Передний край начинался в трех километрах от моста. Вились траншеи, выделялись бугорки землянок и блиндажей. Открытые участки простреливались.
Сил для наступления у немцев не хватало, но боеприпасы у них имелись. Мины и снаряды противник изводил с ожесточением, мстя за свои неудачи в зимней кампании. Как минимум дважды в сутки наши позиции подвергались жестоким обстрелам. Советская сторона отвечала на это тем же.
К моменту прибытия Шубина подготовка позиций близилась к завершению.
Мелькали лопаты на опушке. Бойцы работали ломами и мотыгами, выносили из леса срубленные деревья, распиливали их на бревна. Когда начинался обстрел, они бросали дела, укрывались в наспех вырытых траншеях. Немцы забрасывали наши позиции минами. Из дальних лесов били их тяжелые орудия. Однако попыток продвинуться не предпринимала ни одна сторона.
Немецкая бомбардировочная авиация попыталась зайти на цели.
