Я беспокоилась о том, что он найдет другой способ убить тебя, если откажусь.
— Вероятнее всего. И я уверен, он попытался бы и тебя убить.
Я глубоко вздохнула.
— Антонио никогда бы не навредил мне.
— Ты так уверена? Насколько я знаю, это человек, который пойдет на все, чтобы добиться своего.
— Я не знаю. Я уже больше ничего не понимаю.
Данте накрыл мои руки своими.
— Он рассказал тебе, кто еще замешан?
Я потерянно кивнула.
— Он упомянул Раффаэле, но другие имена не захотел назвать.
— Хорошо, — мягко сказал Данте.
— Ты можешь с ним связаться?
— Ты собираешься его убить.
— Я собираюсь убить их всех, Валентина. Я должен.
Я заглянула в его решительные голубые глаза. Ни колебаний, ни жалости, ни милосердия.
— У меня есть его номер.
— Ты отправишь ему сообщение, в котором говорится, что ты дала мне яд и теперь паникуешь, потому что не знаешь, что делать с моим мертвым телом. Попросишь его снова встретиться с тобой на складе.
Слеза скользнула по моей щеке.
Данте вытер ее большим пальцем.
— Знаешь, что странно? — прошептала я глухо. — В какой-то момент я решила, что никогда не смогу полюбить кого-то так сильно, как любила Антонио, несмотря на то, что эта любовь была безответна. И сегодня я осуждаю его на смерть ради другого мужчины, который никогда не полюбит меня.
Пальцы Данте застыли на моем лице. Его глаза сверкнули, и где-то глубоко внутри меня затеплилась надежда, что он скажет, что любит меня. Это облегчило бы ситуацию.
Он прочистил горло.
— Нам не стоит слишком затягивать. Он может решить, что глупо было обращаться к тебе, и вновь вернется в укрытие. Мы должны добраться до него раньше.
Я отстранилась от его прикосновения и кивнула, сунула руку в сумку за телефоном, и пальцы нащупали пузырек с ядом. «Нужно рассказать о нем Данте». Я достала телефон, быстро набрала то, что велел мне Данте, и отослала сообщение. Затем с тревогой стала смотреть на экран. Менее чем через минуту я получила ответ:
«Встретимся через 30 минут.
Привези тело. Я обо всем позабочусь».
— Каким образом твое тело окажется в моей машине?
— Я полагаю, что волочение сработает, — сухо ответил Данте.
Я засмеялась, затем резко замолчала.
— Что дальше? Тебе понадобится подмога.
Данте покачал головой.
— Я не знаю, кому сейчас можно доверять. Пока не побеседовал с Антонио.
Я знала, что он будет не просто беседовать, и это было как ножом по моему сердцу.
