— Голос пожилой дамы изменился, стал жестче. — Так или иначе, моего брата известили о планах Берилл. И вероятно, сообщили какие-то детали, достаточно неприятные, чтобы вывести его из равновесия. Этот адвокат только подогревал инцидент, действуя за кулисами. Сновал между ними, от Берилл к Кэри, от него к ней, и перед каждым выставлялся союзником.
— Вам известно, где сейчас эта книга? — осторожно спросила я. — Она у Спарачино? Может быть, ее уже готовят к печати?"
"— Он позвонил Кэри несколько дней назад. Я услышала только часть разговора, но поняла, что рукопись пропала.
Упоминалась ваша служба. Я слышала, как Кэри сказал что-то насчет судмедэксперта. Вероятно, речь шла о вас. Он очень рассердился. Похоже, мистер Спарачино пытался удостовериться в том, что рукописи у моего брата нет.
— А вы такую возможность не допускаете?
— Берилл никогда бы не отдала рукопись Кэри, — с чувством ответила мисс Харпер. — Такое даже представить себе невозможно. Он был категорически против того, что она делала.
Мы помолчали. Я первой не выдержала тишины:
— Мисс Харпер, чего так боялся ваш брат?
— Жизни.
Я ждала продолжения. Она смотрела на огонь.
— И чем больше он ее боялся, тем дальше от нее отступал. Затворничество меняет сознание. Выворачивает наизнанку, раскручивает мысли так, что они разлетаются в стороны. Думаю, мой брат любил только одного человека. Берилл. Цеплялся за нее. Отчаянно хотел удержать при себе. И не желал ни с кем ее делить. В какой-то момент Кэри решил, что она предала его, что он больше не властен над ней.
И тогда его безумие приняло крайние формы. Вероятно, ему представилось, что она сочиняет о нем невообразимые гадости, выставляет на всеобщее обозрение нашу частную жизнь.
Мисс Харпер снова потянулась за бокалом. Рука ее дрожала. О брате она говорила так, будто он умер много лет назад. Даже его имя она произносила как-то жестко. Колодец любви к брату у этой женщины был выложен кирпичами боли и гнева.
— У нас с Кэри никого не было, когда появилась Берилл.
Родители умерли. Мы остались вдвоем. С Кэри было нелегко. Это дьявол, пишущий как ангел. Он нуждался в близком человеке. А я согласилась помочь ему оставить свой след в этом мире.
— Такие жертвы часто сопровождаются обидой, — рискнула вставить я.
Молчание. Отсвет пламени играл на ее окаменевшем лице.
— Как вы нашли Берилл?
— Это она нас нашла. Берилл жила тогда во Фресно с отцом и мачехой. Писала. Писательство было ее страстью, ее манией.
