— Дело не в этом.
— Тогда в чем? — спросила я, доставая сигареты.
— Еще вина? — предложила мисс Харпер. Одна половина ее лица оставалась в тени, и оно казалось разрезанной пополам маской.
— Нет, спасибо.
— Нам не следовало сюда переезжать. В этом доме никогда не случалось ничего хорошего.
Пустота в ее глазах дышала холодом.
— Что вы намереваетесь делать, мисс Харпер? Останетесь здесь?
— Мне некуда идти, доктор Скарпетта.
— Думаю, продать Катлер-Гроув было бы нетрудно. — Мое внимание снова привлек портрет над каминной полкой.
Девушка в белом платье загадочно улыбалась из полутьмы, словно намекая на одной ей известные тайны.
— Трудно отказаться от кислородной подушки, доктор Скарпетта.
— Простите?
— Я слишком стара для перемен. Слишком стара, чтобы стремиться улучшить свое здоровье и строить новые отношения. За меня дышит прошлое. Это моя жизнь. Вы еще молоды, доктор Скарпетта, но придет день, и вы тоже поймете, каково это — оглядываться назад. Вы поймете, что от этого не уйти. Увидите, что ваша личная история тянет вас туда, в знакомые комнаты, где и случилось то, что дало ход цепи событий, которые в конечном итоге разобщили вас с жизнью.
Жесткие стулья былых несчастий со временем станут уютнее, а друзья, обманувшие ваши ожидания, ближе и роднее. Вы поспешите в объятия боли, той самой, от которой когда-то бежали. Вот и все, что я могу сказать. Так легче.
Я не могла это слушать и, чтобы сменить тему, спросила напрямик:
— Вы можете предположить, кто мог сделать такое с вашим братом?
Она молча смотрела на огонь.
— А как насчет Берилл? — не отставала я.
— Я лишь знаю, что до того, как это случилось, ее преследовали на протяжении нескольких месяцев.
— Нескольких месяцев? — недоверчиво переспросила я.
— Мы с Берилл были очень близки.
— И вы знали, что ее преследуют?
— Да. Ей угрожали.
— Она сама сказала вам об этом?
— Конечно.
Марино уже просмотрел все телефонные счета Берилл Мэдисон. Никаких звонков в Уильямсберг там не было. Не нашел он и писем. Ни от мисс Харпер, ни от ее брата.
— Так, значит, вы много лет поддерживали с ней тесные отношения?
— Очень тесные. По крайней мере, настолько тесные, насколько это позволяли обстоятельства. Я имею в виду книгу, над которой она работала, и явное нарушение договоренности с моим братом. Получилось очень некрасиво. Кэри был в ярости.
— Как он узнал о книге? Может быть, Берилл сама ему сказала?
— Не Берилл, ее адвокат.
— Спарачино?
— Что именно он сказал Кэри, я не знаю.
