Что ты о нем знаешь? Ничего. Только то, что он тебе наплел…
Мы оба вздрогнули от резкого звонка телефона. Я вскочила, машинально бросив взгляд на часы, и прошла в кухню. Было около десяти. Я сняла трубку. Сердце сжалось от страха.
— Кей?
— Марк? — К горлу подступил комок. — Где ты?
— Дома. Вернулся в Чикаго, только что вошел. Мы…
— Я пыталась дозвониться тебе. В Нью-Йорк и в Чикаго. Звонила в офис… из аэропорта…
Пауза затягивалась.
— Послушай, у меня сейчас нет времени. Я только хотел сказать, что сожалею, как все прошло.
Позвоню.
— Где ты? — снова спросила я. — Марк? Марк?
Из трубки донеслись короткие гудки.
7
Назавтра было воскресенье. Я проспала и даже не слышала звонок будильника. Проспала службу. Проспала ланч. Из кровати выбралась совершенно разбитая и с тяжелой головой. Я не помнила, что мне снилось, но знала, что ничего приятного не видела."
"Телефон зазвонил в начале восьмого, когда я нарезала лук и перец для омлета, съесть который, как выяснилось, было не суждено.
Через несколько минут я уже мчалась по темному 64-му Восточному шоссе, поглядывая на прилепленный к приборной доске клочок бумаги с наспех нацарапанными координатами Катлер-Гроув. Мысли блуждали по замкнутому кругу, перемалывая полученную скудную информацию. Убит Кэри Харпер. Час назад он вернулся домой из какой-то уильямсбергской таверны и подвергся нападению, когда вышел из машины. Все произошло очень быстро. Преступление совершено с особой жестокостью. Кэри Харперу, как и Берилл Мэдисон, перерезали горло.
Уже стемнело, и густые клочья тумана отбрасывали свет фар мне в глаза. Видимость упала почти до нуля, и шоссе, по которому я проезжала сотни раз, стало вдруг странно чужим. Ориентиры пропали, и я уже не совсем представляла, где нахожусь. Беспокойства добавили и появившиеся за спиной огни. Темная машина, разглядеть которую не удалось, пронеслась мимо в опасной близости, но не исчезла в темноте, а сбавила скорость и вскоре снова оказалась у меня за спиной.
На протяжении нескольких миль чужой автомобиль упрямо держался на одной дистанции, прибавляя, когда прибавляла я, и сбрасывая ход, когда я убирала газ. Мало того, таинственный преследователь и с шоссе свернул вслед за мной.
Мне было не по себе: дорога на карте не обозначена, чужой автомобиль следовал за мной как привязанный, а револьвер остался дома. Моим единственным оружием был газовый баллончик, постоянно валявшийся в аптечке.
