– Что будет, если приходить к беззащитной девушке, которой ты, сука, ноги должен целовать за милосердие, что-то требовать от нее и угрожать!
Вновь рывком погрузил его в воду. В этот раз продержал недоноска дольше, яростно стискивая челюсти.
– Все! П-прошу… Все!!! Отпустите!..
– Ты же хотел, чтобы я принял меры насчет тебя? – хладнокровно напомнил. – Так мы еще в процессе, Игорь! Бог любит троицу.
И снова нырок. Моя рука уже начала болезненно неметь, но я игнорировал это. От ярости кровь обжигала вены лавой, затмевая все остальное.
Чувствуя, что программист все меньше дергается, я, наконец, решил тормозить. Опрокинул его на лед и возвысился над дрожащим, измотанным телом.
– Это было предупреждение. Если ты попробуешь приблизиться к ней или вздумаешь действовать через кого-то… Это озеро станет твоей могилой. Понял меня?
Издавая надсадные стоны, он отрывисто закивал.
– Не слышу! – грозно выдал я.
– П-понял! П-понял…
Мой взгляд остановился на Тимиреве.
– Позаботьтесь о парне.
Через сутки его не должно быть в черте города.
– Есть.
27
Надя
Час проходил за часом. Я приняла горячую ванну, выпила две кружки успокоительного чая, а меня все продолжала пробивать нервная дрожь. Слоняясь по квартире, я то и дело подходила к окну, высматривала черный внедорожник, в котором сидели внушительного вида мужчины. Автомобиль сложно было разглядеть с этого ракурса, поэтому порой мне даже казалось, что они уехали. Но всякий раз я находила заветный бампер и тень.
С одной стороны наличие охраны под моими окнами – успокаивало.
С другой же… такие меры только подчеркивали серьезность ситуации. Вот почему я никак не могла расслабиться, вздрагивала от каждого шороха и не выпускала телефон из рук. Будто в любой момент готова была звонить Алексею или в полицию.
Конечно, так не могло долго продолжаться и в конце концов меня прорвало. Забравшись на кровать, я притянула к груди колени, уткнулась в них лицом и расплакалась. Просто сил никаких не осталось.
Ни душевных, ни физических.
Почему все это со мной происходит?! Не одно так другое заставляет меня страдать! Будто я совсем не управляла своей жизнью, и что-то злое присутствовало в ней, не давало покоя. А еще жаждало, чтобы я рехнулась в конец!"
"Внезапно через свои всхлипы я расслышала стук. Резко замолкнув, поднялась с кровати и поправила на себе махровый халат. Первым делом кинулась к окну, подумав, может Алексей приехал? Но Мерседеса нигде не было.
