Если какой парень вытащит… Любовная магия это! Пропадешь!
– Нда? – обещала мне мавка уже, что пропаду.
Не поверил…
Грудь переполняет от свежего воздуха, и не только от него. Поджимаю губы, чтобы сильно не палиться перед бабулей. Хотя…
– Ба… А ты не видела девушку здесь такую?…
Какую?
Так не разглядеть же было в темноте. Что я видел-то?
– Стройная, высокая, косы длинные, богатые, улыбка такая… яркая! Голос – бархатный, а смех – звонкий.
– Все-таки вытащил, – смеется бабуля. – Как зовут-то?
– Мавкой представилась.
– Шутница… – вздыхает бабушка. – Утопленниц в нашем озере сроду не было. Неглубоко там. Не видела я таких здесь, Андрей. Не местная. Девчонок молодых у нас здесь мало, с косами богатыми и не припомню. Может, в деревне за озером?
– Может быть… – вспоминаю, что поплыла она в ту сторону."
"Хотя могла заплыть под лодочную деревянную пристань и выйти совсем рядом.
– А может, и гостит у кого. Лето…
– Может…
Бабушка собирает в пластиковую кружку малину.
– Блинчиков хочешь?
– Хочу! – ностальгически улыбаюсь я.
– Твоя-то жертва Бухенвальда чего есть будет? Вчера не притронулась ни к чему.
Бабушка расстраивается, когда не едят то, что она готовит.
Могла бы уж из вежливости и поесть! Не умерла бы от ожирения.
– А ты за нее не переживай, бабушка, она на функциональном питании.
– Это что за зверь такой?
– Таблетки, порошки.
– Болеет, что ли?
– Мхм… с головой плохо.
Бабуля уходит к летней кухне. Там знакомо гремит потихоньку посудой. Где-то кричат петухи. Наш старый кот прыгает ко мне на одеяло.
– Васька! – стискиваю я этого бандита с обмороженными ушами и толстой довольной мордой. – Ты жив еще, бродяга?
Мурлычет…
Скоро двадцать уже ему. Долгожитель.
Вылезаю из-под одеяла и берусь за топор, чтобы разогнать кровь. Минут через двадцать мне становится невыносимо жарко. Да и солнце уже греет по-полной. Забегаю на несколько минут в прохладный душ. Оборачиваю бедра полотенцем, выхожу.
Мышцы играют под кожей от переизбытка энергии. Птички поют. Пчелы жужжат.
Как же круто!!
– Вот ты где! – выползает на балкон второго этажа сонная, недовольная Лана.
– Всю ночь из-за тебя не спала! Где ты был?!
– И тебе доброе утро. Гулял, купался.
– Ночью?
– Ночью.
Падаю обратно на гамак.
Через некоторое время спускается, кутаясь в плюшевую спортивную кофту голубого цвета. Присаживается ко мне. Прижимается губами к моим. Целую.
– Лана, убери ты этот гель из них. Они как… – пытаюсь отыскать аналогию и не могу найти ни одной приличной.
