Полночь…
– Возьми меня с собой. Погулять хочу с тобой, мавка.
– Иди… я за тобой пойду.
– Почему так?
– Говорят, цветок не идет в руки тому, кто в нем заинтересован. Только тому, кто прямого интереса не имеет. Ты, мне так чувствуется, к поиску цветка равнодушен. Поэтому иди… я за тобой пойду.
– А ты? Неравнодушна? – начинаю двигаться вперед по оврагу. – Чего конкретно ты хочешь от него?
– Ничего конкретного. Волшебства хочу! Дефицит у нас в подводном царстве на волшебство.
– Какой он – этот цветок?
– Огненный.
Говорят, удержать его в руках не каждый может. А чем ближе к нему, тем нечисть сильнее лютует!
С ветки срывается что-то огромное, серое, светлое, и мы оба вскрикиваем. Мое лицо обдает порывом ветра.
– Сова!!
– Аха-ха… – смеется она. – Это – нечисть! Близко уже!
Мое сердце опять колотится. Ложусь спиной на дерево. Не подходит ближе. Метрах в четырех замерла. Вижу, как глаза блестят в темноте.
– Слушай, мавка! Давай лучше, как вчера, за руку.
– Ишь ты, какой хитрый.
– Как зовут-то тебя?
– Я же сказала.
– Ладно. А до того, как утонула, было у тебя имя людское?
– Было… – хитро.
– Какое?
– Красивое!
– Откуда ты? Тебя никто здесь не знает.
– Знают… не помнят просто.
– Что ты меня морочишь, мавка? Имени тебе сказать жалко? Меня Андрей зовут."
"– Андрей… Не обижайся, Андрей. Имени своего я тебе сказать не могу.
– Почему?
– Имя… это же для нас, лесных духов, как заклинание. Власть ты надо мной иметь будешь, найти сможешь, когда захочешь, а я этой власти тебе дать не могу.
– Ой, странная ты, мавка! Почему не можешь?
– Из разных миров мы с тобой. Я – утопленница, ты – живой. Меня к тебе царь подводного царства не отпустит. А тебя топить я не хочу. Нравишься ты мне…
– Дай руку. Пожалуйста.
– Не смотри на меня!
А посмотреть хочется адски! До ломоты в мышцах. Разглядеть в темноте хоть какие-то черты. Ее пальчики оказываются в моей руке. Сжимаю. Веду ее в темноту. Отстает на полшага.
– А что за царь такой тебя к живым не пускает? – веду своим пальцем по ее, кольца обручального нет.
– Я, если что, мальчик серьезный, могу любому царю корону подправить.
– Богатырь, значит?
– Можно и так сказать.
Слышу впереди журчание ручья. Прислушиваюсь, пытаясь точнее уловить нужное направление, и мы продолжаем нашу странную прогулку. Чем гуще лес, тем темнее. У ручья крона непроглядная.
– Ой! – треск ткани.
– Что такое? – разворачиваюсь.
– Веткой саван распорола… – тихо смеется она. – Иди… иди… не велико добро! Полный шкаф таких.
