И хоть бы честно отразили в проклятых былинах, как бедолага сложил свою буйну головушку…
– Пал в неравном бою с богатырями? – сочувственно спросил Каледин.
– Нет, блядь! – взревел змей. – Он Добрыней Никитичем подавился! Проглотил богатыря, а тот не в то горло пошёл. Средств реанимации не было, так и не откачали! И хватит мне клыки заговаривать уже! Я потратил почти всю свою силу на поднятие мертвецов, чтобы они помогли уничтожить солдат в городе. И у меня нет возможности заставить вас захлебнуться водой из вашей же собственной плоти – пускай и очень этого хочется.
Впереди кровавая битва. Не желаете становиться богатырями – будьте, как четыре мушкетёра.
– Это мысль, – восхитился Каледин. – Лично я тогда буду Атосом. Он загадочный и грустный, томный и мрачный. Девушки таких любят, а мужчины завидуют. Майлов нехай станет Портосом, он не так толст, как полагается, но другого варианта у нас сейчас нет.
– Пошто обижаете, ваше сиятельство?! – жутко возмутился вахмистр.
– Братец, не волнуйся, в самом-то деле! Портос – не то же, что «пидорас», тебе послышалось, – объяснил Каледин.
– Это такой французский дворянин семнадцатого века.
– А, ну тогда лады, – успокоился нервный Майлов.
– Сударь, я не собираюсь быть Арамисом, – заявил скучным тоном Хайнц Модестович. – Я атеист, а он был аббатом. Кроме того, мне сей персонаж никогда не нравился своей притворной сладостью и утончённым развратом, не приставшим духовной особе.
– Хорошо, я буду Арамисом, – согласилась Алиса.
– А вы тогда – д’Артаньян.
– Да мне вообще похуй, кто из вас кто! – взбеленился дракон. – Сражение начинается. Если ещё не дошло, примите как данность: доброе животное желает вас сожрать.
Алиса всплеснула руками, глядя на чудовище.
– Слушайте, давайте хоть раз закончим иначе, чем во всех идиотских фильмах и книгах, – мягко предложила она. – Отменим грандиозное сражение и спокойно разойдёмся по домам. Вы ведь умираете, правда? То же самое происходило с Джеймсом Гудмэном.
Вам осталось совсем немного – зачем нам устраивать битву? Уезжайте, проведите остаток жизни нормально. Насладитесь ею. Мы не станем вас преследовать. Просто развернитесь и уйдите."
"Каледин придерживался другого мнения. Он считал, что убийство тысяч человек (пусть и непреднамеренное) должно быть наказано, и посему представителя расы богов следует доставить в Москву в наручниках. Или налапниках, неважно. Другой вопрос – как это сделать.
