– Я тоже так считаю, – с ледяным спокойствием заверил Каледин.
В душе Алисы в этот момент традиционно происходила страшнейшая, хорошо знакомая ей битва. Дивизия светлых воинов благочестия и сексуального воздержания на танках, с гранатомётами и снайперскими винтовками окружила взвод отвратительных монстров самого разнузданного разврата, зажавших в руках тупые зазубренные средневековые мечи. Битва длилась секунд двадцать – изнемогшему в неравном бою благочестивому воинству ничего не осталось, как капитулировать перед блядством.
– Я тебя не люблю, – надменно заявила Алиса.
– И я тебя тоже, – кивнул Каледин. – Но разве это повод не лечь в кровать?
– Так пошли в твой номер, идиот, – прошипела Алиса. – Уже десять минут потеряли!
…Вахмистр Майлов внезапно проснулся под утро. В соседней меблированной комнате творилось нечто странное, однажды слышанное им в прошлом, в поездке на остров Гаити.[31] Демоны устроили невидимый карнавал – хохот, женские стоны, скрип пружин и буйство кровати, которую словно колотили об стенку.
Майлов сотворил крестное знамение и помотал головой. Бесовский шабаш не прекращался – казалось, он лишь усилился. Вахмистр в сердцах выматерился и посмотрел на пустой шкалик возле кровати.
– Больше ни единой капли, – строго пообещал он сам себе.
…В хранилище музея медэкспертизы Валетты раздался грохот. На пол просыпались обломки ящика. Наклонившись сначала в одну, затем в другую сторону, на столе начала медленно подниматься мумия Фелиции.
Её глаза светились мягким изумрудным светом.
Часть третья
Догшин Хара
Лишь слуги Смерти вечно ожидают,Стоят в тени своей напоминаньем зла.Тебя я, демон, срочно вызываю —Чтоб ту вернуть, которая ушла…Lake of Tears, «Demon You»Глава 1
Гарун ар-Рашид
(государевы покои, Кремль, спальня)"
"Каждое утро добавляло государю императору энное количество радости в жизни. Самую капельку, но всё же. Будем откровенны, любому из нас легко уяснить: поводов для расстройства мало, особенно если тебе за шестьдесят, но при этом достаточно денег, крепкое здоровье, и ко всему прочему ты ещё и государь император.
Завтрак на гжельском подносе на этот раз состоял из блюдечка с мёдом, кубика масла, пары ломтиков чёрного хлеба и чашки дымящегося сбитня. У старушки из Дрездена, превосходно готовящей кофе, был выходной, да и сам монарх заставлял себя завтракать три дня в неделю исключительно местными продуктами в рамках программы импортозамещения.
