Но ты сама вынудила пойти на эти унизительные меры. Сделаешь эту процедуру в первую очередь для себя и для того, чтобы будущий муж, воспитанный в других традициях, уважал тебя и ты всегда находилась у него на пьедестале и не ассоциировалась с этой грязной новостью, о которой трубят сейчас из каждого утюга. Я тебя прошу, Регина, прекращай сопротивляться моей воле. Не нужно сбегать, не нужно учинять новый беспредел. Твоя жизнь в ближайшее время изменится, но ты продолжишь заниматься любимым делом, жить насыщенной и полноценной жизнью, которую я вскоре обеспечить не смогу.
– Почему ему? С чего ты взял, что мне нужен этот мужчина? Что меня привлекает подобный уровень жизни? Ты продаешь меня, разве ты этого не понимаешь?
– Потому что Иман искренне заинтересован в том же, в чём и я: дать тебе всё самое лучшее. Любящий мужчина никогда не допустит, чтобы его близкому человеку причинили вред.
– Ты сеешь во мне еще больше сумятицы и протеста подобными заявлениями! Ну так, может, если Иман влюблен, то и факт моей испорченности примет? Поехали домой?
– Возможно, и примет, но проверять не будем.
Я хочу, чтобы муж тебя уважал. Так что, если это добавит Иману очков в твоих глазах, то условие о девственности было мое, а не его. Зная этого человека и немного традиции, в которых он воспитывает дочь, ты сейчас безропотно восстановишь невинность и прекратишь мне перечить.
– Так это всё из-за денег? Из-за твоей фирмы, да?
– Из-за денег, Регина. – Отец серьезно смотрит на меня. – Если хочется думать, что я тебя продал, то считай так.
Послезавтра вернешься к обычной жизни и работе в пансионате. Иман прилетит из Казани в пятницу вечером. Ты отправишься в аэропорт и встретишь его. Одна. И будешь с ним мила. Договорились?
Больше не могу сдерживаться. Слёзы текут по лицу. Как же больно слышать все эти слова.
– За что я так с тобой? Это за что ты так со мной? Я же люблю тебя, а ты причиняешь боль, заколачиваешь в мое сердце гвозди, как в крышку гроба, который никогда больше не откроется! Нельзя так с близкими людьми! Нельзя! Если у Ибрагимова есть принципы и он своих не дает в обиду, то ты, получается, без них? Подкладываешь дочь под выгодного партнера, а на ее чувства плевать?
Отец отворачивается и обращается к Петру:
– Проследи, чтобы Регина не сбежала.
Я буду ждать в машине.
Я понимаю, что разговор окончен. Думала, что больнее быть не может, но заблуждалась. Отец делает всё, чтобы я его возненавидела!
Громко хлопаю дверью, выходя из машины.
