– Твою мать! – громко ругается, осматривая беглым взглядом.
Достает из аптечки жгут, и я снова слышу его мат, когда громко стону от грубых и быстрых манипуляций.
– Потерпи, лори. Так нужно. Рана глубокая. Ну как же ты так умудрилась, а? Совсем земля не держит? – уже мягче, но с укором в голосе произносит везунчик.
– Сама не понимаю как это получилось, – хнычу я от боли.
Мы спускались с девочками со склона, Катя хотела сделать несколько снимков на закате, а я – понюхать цветочки. Понюхала! Поскользнулась на траве и упала на какую-то корягу.
Сильно травмировала ногу и, кажется, вывихнула плечо. Девочка-катастрофа. Так меня зовут в кругу Эрика.
– Сейчас спустимся, врач ногу зашьет, а потом домой полетим. Всё. Хватит. Невыносимо. Одна нервотрепка с тобой. Уже волосы седые начали появляться, а мне только тридцать пять, лори. Я планировал хотя бы до пятидесяти пожить, – причитает везунчик.
– А говорил, что не пессимист…
Эрик награждает таким взглядом, что прикусываю язык. Это нечаянно вошло в привычку: косячить, доводить Эрика до ярости, а потом извиняться.
В принципе, именно этого же я и добивалась? Чтобы везунчик завязал с экстримом. Мы с каждой вылазкой всё ближе к этому. Но Эрика почему-то жаль. Как будто поменялись с ним местами и теперь он моя сиделка. А еще у него действительно появилась седина на висках. Это всё из-за меня? Хотя почему из-за меня? Из-за его жажды приключений. С себя пусть спрашивает и со своего стремления победить в любых испытаниях. Наверное, поэтому мы и вместе, что победить меня Эрику пока не под силу.
Такая же упрямая, как и он.
Приподнимаю голову и смотрю на ногу. Голова начинает кружиться сильнее, когда я вижу кровь. Ее так много…
– Не смотри, – просит Эрик, заметив мое состояние.
К горлу подкатывает тошнота. А потом... не чувствую ничего. Проваливаюсь в темноту.
В себя прихожу уже в палате больницы. Нога и плечо болят. Во рту горечь, в вене катетер. М-да… Отлично понюхала цветочки. Поворачиваю голову и замечаю у окна Катю. Она обнимает себя за плечи и не двигается.
– Кать, – хрипло зову я.
Она тут же вздрагивает и поворачивается.
Глаза испуганные. Первая мысль, которая тут же проносится в голове: «Что-то случилось с Эриком». Почему его нет? Отчетливо помню момент, как он был рядом и перетягивал мою ногу жгутом, смотрел встревоженно.
– Где Эрик? – спрашиваю я, поднимаясь с кровати.
Тянусь к проводам, чувствуя подступающую панику, потому что Катя молчит и лишь сильнее начинает трястись.
