Звоночки с самого начала были, но я неправильно их истолковал: выходка со слитым в сеть видео нашего секса, затем принципиальность с навязанным браком, отказ от моей помощи. Ты во всем такая. Чего бы дело ни касалось. Даже не знаю, что лучше. – Он поглаживает мое запястье со стрелочками. – Еще у Патрика в тот вечер, мысль промелькнула, что, если ты так легко согласилась на татушку, либо пиздец в жизни, либо совсем без тормозов. Но я перевел эти мысли в горизонтальную плоскость, идиот. А оказалось, комбо.
Я смотрю в окно, думая о словах везунчика.
Значит, он тоже анализировал мое поведение? И главное, не ерничает, не кидает обиды. Принимает всё как факт. Это очень подкупает, заставляя сердце в груди биться быстрее.
– Тебе красиво с рисунками на груди и плечах. Решил всю верхнюю часть забить? Это очень больно? – увожу тему в другое русло, не желая говорить о том дне, когда Эрик отправил меня в Мюнхен.
– Заметила, да? – улыбается Эрик. – Терпимо. Но пока стоп. После операции продолжу.
Багдасаров целует меня в запястье со стрелочками и снова зевает.
Такой уставший и разбитый. Даже жалко становится. Я прижимаюсь крепче, рассматриваю его, а Эрик опять прикрывает глаза. Следя за потоком машин, я думаю о том, как сильно люблю этого человека.
Когда мы подъезжаем к дому, Эрик кивает на дверь:
– Закажи что-нибудь из доставки. Я скоро поднимусь."
"Я захожу в квартиру и заказываю пиццу. Выглядываю в окно и наблюдаю, как Багдасаров стоит на улице, с кем-то разговаривая по телефону, и курит. За ужином решаю продолжить допрос.
К тому же мы немного отдохнули в машине, и, возможно, мне повезет услышать что-то вразумительное в ответ на вопросы, которых накопилось не так уж и мало за дни нашей разлуки.
Эрик сидит за барной стойкой, по пояс раздетый, на плечах и груди рисунки, на запястье часы. Выглядит очень сексуально. С аппетитом уплетает пиццу и смотрит в экран телевизора, на меня не обращает внимания. Кто-то у нас, оказывается, любитель фастфуда? И как еще в такой отличной форме держится? Вот бы и мне так.
– Ты говорил, что не будешь подавать иск к нашей компании, – начинаю, набрав в легкие воздуха. – Но подал. Я в новостях об этом прочитала.
Эрик отрывает взгляд от телевизора и переводит на меня заинтересованные глаза.
– К вашей и не подавал. Но теперь она в чужих руках, и скоро у Ибрагимова будут серьезные проблемы. Бумажки, кстати, завезу на днях. Те самые, которые ты раскидала по асфальту.
Вспоминаю, и мурашки по коже несутся табуном.
