Тогда Николай Валерьянович выиграл в казино шестьдесяг кипрских фунтов и ужасно этим гордился. Шестьдесят поделить на десять плюс два — как раз восемь. Он поймет.
— Ну все, Степа. До встречи!
Глава 34
Положив трубку на рычаг. Варяг позвал дядю Сему. Тот уже принес ему серые брюки, чистую голубую рубашку и носки и теперь подал на подносике хлеб, несколько кусков корейки, сыр и огурец.
— Извините, Владислав Геннадьевич, у меня нет разносолов. Сам я к этому делу равнодушен, вот разве что Шамильку балую…
— Спасибо, дядя Сема.
Мне и это будет съесть в охотку. Я прошу тебя об одолжении. — Варяг встал и переоделся. Рубашка едва сошлась на его широкой груди, брюки тоже застегнулись с трудом. Верно, это была какая-то старая одежда покойного Медведя. — Ко мне должны приехать мои люди. Они будут к восьми в Перовском парке. Там есть стадиончик. Отправляйся туда со своим Шамилем — ну, как будто собаку выгуливаешь. А как их увидишь, подойдешь, скажешь заветное слово и попросишь идти за тобой следом.
Да скажи им, пусть хвост не приведут!
— И что за заветное слово? — глаза старика засвети-wcb: видно, ему была в кайф эта игра в казаки-разбойники.
— Скажи: ""Варяг передает привет из казино «Кипрская рулетка».
— Лады. — Дядя Сема постоял, помялся и вдруг, понизив голос, сообщил:
— Да, знаете, Владислав Геннадьевич, какое дело… Ведь эта дача — ваша!
— Как то есть моя? — не понял Варяг.
— Да ведь Георгий Иванович, когда умирал, царствие ему небесное, составил завещание и вам, Владислав Геннадьевич, отписал этот дом и участок.
Завещание у меня есть.
Варяг был поражен. Вот это дал Медведь!
— А что ж я раньше об этом не знал? Дядя Сема хитро подмигнул:
— Так в том завещании есть приписочка: если, мол, Игнатов Владислав Геннадьевич захочет остаться на жительство в этом доме, то тогда он может его на себя оформить. А если жить не будет, то пускай дом стоит под охраной.
«Под охраной» значило под неусыпной защитой воров, которые обязаны были не допустить проживания тут посторонних.
Тут дозволялось только проводить большие сходняки — наподобие тех, что собирал сам Медведь и в которых участвовал молодой Варяг.
— Это хорошая новость, старик, — искренне порадовался Владислав. — Теперь у меня есть хоть одна легальная крыша.
И усмехнулся: хороший каламбур получился.
Он проснулся в четверть девятого. Прислушался. В доме было тихо.
