В считанные минуты «газель» растворилась в густых зарослях леса, и редкие в этот мартовский воскресный день гуляющие могли только подивиться, какую такую бытовую технику можно доставлять в заброшенный уголок Москвы.
Они бы удивились еще больше, если бы смогли заглянуть в крытый кузов фургона: они бы не нашли там ни холодильников, ни стиральных машин. В фургоне сидели трое мужчин в синей форменной одежде фирмы «Орбита-плюс». Они молча и сосредоточенно вглядывались в узкие окошечки-бойницы фургона, пытаясь определить маршрут движения.
В руках у всех троих были небольшие чемоданчики — видимо, с инструментами.
— Скоро? — тихо спросил один, плотный коренастый здоровяк, не обращая свой вопрос ни к кому конкретно.
— Устал, Фаридик? — с добродушной укоризной отозвался высокий парень с обветренным худощавым лицом — такие лица бывают у альпинистов или спецназовцев.
— Да нет. Гепард, просто зад отсидел — размять хочу! — усмехнулся Фарид Усманов.
Гепард повернулся к третьему пассажиру:
— Ну что, Ваня, долго нам еще тут трястись? Ваня Лебедев пожал плечами и поднял свой чемоданчик — подлиннее и поуже, чем у остальных.
"
"— Чижевский сказал, это где-то около шоссе Энтузиастов. Только непонятно какого — то ли самого шоссе, то ли станции метро. Одним словом, где-то в парке.
Так что, наверное, придется нам поколесить по весеннему лесу.
— А этот хмырь, — Гепард мотнул головой в сторону кабины, — ничего не напутал?
— Ему путать не с руки, — грозно буркнул Лебедев. — Если память подвела — мы ее быстро исправим, — и он угрожающе махнул в воздухе своим по виду тяжелым чемоданчиком.
Гепард подмигнул и бросил на чемоданчик многозначительный взгляд.
— Там то, о чем я подумал?
— То самое, — кивнул Лебедев, понимая, что Гепард имеет в виду: в чемоданчике лежала в разобранном виде снайперская винтовка с мощным оптическим прицелом ночного видения. — Так что будем ждать, В нашем деле главное — терпение и упорство…
Тем временем в кабине «газели» нервное напряжение усиливалось. За рулем сидел в такой же синей униформе отставной майор разведчик Сергей Абрамов.
Рядом с ним худой парень лет тридцати с плохо выбритым бледным лицом и красными глазами. У двери расположился Николай Валерьянович Чижевский, тоже в синем комбинезоне фирмы «Орбита-плюс», и размышлял о предстоящей операции, которая обещала быть очень и очень непростой.
— Ты, Антоша, не ошибся? — пробормотал сквозь зубы Абрамов. — А то уже битый час колесим вокруг парка, да все без толку.
