И вдруг положила свою тяжелую ладонь ей на грудь и крепко прижала.
— И сиськи у тебя сочные. И промеж ног, верно, жарко.
— Что, полизать захотелось? — вдруг вырвался у Лены дерзкий вопрос.
Баба Груня так и вспыхнула — то ли от гнева, то ли от возбуждения.
— А ты на язычок остра, девка! Ну гляди, дохохмишь! — Начальница женского СИЗО вернулась за стол и надавила пальцем на потайную кнопочку под столешницей. В кабинет через боковую дверь в стене тут же вошли два дюжих охранника-один помоложе, другой постарше, — Вот что, Пахомов, — обратилась начальница к охраннику постарше.
— К нам вчера вечером поступила новенькая. По наркотикам проходит и, возможно, по соучастию в организованной преступной группе. Вы познакомьте ее с нашими порядками. А то она пока слабо себе представляет, что у нас тут такое.
«Боже мой, — пронеслось у Лены в голове. — Что она задумала, эта страшная тетка! Владислав, где ты? Что с тобой? Когда же ты вытащишь меня из этого ада?»
Охранники взяли ее под руки и поволокли в боковую дверь. Она не сопротивлялась, понимая, что это совершенно бесполезно и что она полностью во власти этих монстров.
Они оказались в тесной комнатушке без окон. Посреди комнатушки стоял высокий стол на тонких ногах — вроде операционного. Молодой захлопнул дверь.
Второй охранник коротко приказал ей лечь на стол. Она повиновалась, предчувствуя что-то страшное. Ее заставили снять тюремный халат и привязали руки и ноги к столу. Потом началось самое отвратительное. Молодой охранник взгромоздился на девушку и, грубо и неумело тиская ее груди, вонзил свое горячее орудие…
Она закрыла глаза и закусила губы.
«Нет, — решила Лена, — я не стану молить о пощаде, не буду плакать будь что будет».
Охранники по очереди насиловали ее, и, кажется, эти скоты не знали усталости. Чудовищная экзекуция продолжалась долго — может быть, час, а может быть, и два. Наконец они оставили ее в покое. Дверь распахнулась, в комнатушку брызнул поток света.
Лена медленно оделась и пошатываясь вышла в кабинет начальницы. Баба Груня сидела за столом и что-то писала.
Взглянув на узницу исподлобья, она насмешливо поинтересовалась:
— Ну, получила удовольствие? Ладно, иди подумай.
В кабинет вошла надзирательница.
— Уведи Сорокину обратно! — распорядилась начальница.
Уже выходя из кабинета, Лена обернулась и тихо проговорила:
— Теперь моя самая большая мечта — посмотреть на твою рожу, баба Груня, когда тебя найдет Владислав Игнатов!
Глава 21
Что— то не складывалось. Что-то не вырисовывалось.
