И вообще я требую…
И тут тетка сделала нечто совершенно ужасное: она со всего размаху влепила Лене оглушительную пощечину так что девушка едва не потеряла равновесие.
— Да вы что себе позволяете! — начала было Лена, и вдруг слезы так и брызнули у нее из глаз. Она зарыдала громко, трясясь всем телом и нервно всхлипывая.
— Наркоманка х…ева! — заорала тюремщица. — Тут те не Москва! Ниче! Я тя в два счета обломаю! Будешь у меня в камерах полы мыть и сральники языком вылизывать. Я те покажу «позволяете»! Марш мыться, сука!
Всхлипывая и вздрагивая, Лена поплелась в угол раздеваться.
Она ломала голову, теряясь в догадках, что бы это все значило. Одно она поняла сразу: с Владиславом приключилась какая-то беда. Страшная беда, иначе бы налоговые полицейские, или милиционеры, или кто они там на самом деле, не осмелились вот так вломиться к нему в офис, перевернуть все вверх дном, арестовать его секретаря.
Лена встала под душ — вода текла еле-еле и была обжигающе холодной.
Тем временем в помывочную вошла еще одна женщина в форме — тощая и высокая как жердь.
Она принесла какую-то ужасную простыню и серое тряпье. Тетка в пилотке ушла. Лена, стесняясь, встала к ней боком и выжидательно стала смотреть.
— Ну че вылупилась? Иди вытирайся и одевайся! — Грубовато бросила жердь. — Что, познакомилась?
— С кем? — не поняла Лена и, прикрывая грудь и пах, подошла.
— С ковырялкой нашей, с Груней-начальницей. Она начальник СИЗО, — пояснила жердь. — А я тут навроде завхоза. С чем пожаловала к нам?
И Лена вдруг ощутила странное чувство доверия к этой высокой женщине с суровым лицом, но, по-видимому, незлобивым сердцем.
Слезы вновь навернулись ей на глаза.
— Я сама не знаю! Сегодня в Москве налоговая полиция провела обыск у моего начальника — генерального директора крупной фирмы, — торопливо заговорила она, кое-как вытершись и натягивая на себя казенную рубашку и стираный-перестираный серый халат. — А я его секретарь. Так пока они рыскали у меня в столе, подкинули мешочек с каким-то белым порошком.
А потом тот, кто его сам и подкинул, понюхал и сказал их старшему, что это, мол, героин…
Завхоз понимающе кивнула:
— Да ясно, будто не знаем, как оно бывает. Ну тогда надейся, пока тебя твой начальник не вытянет отсюда. Сюда тебя не зря привезли с Москвы. Тут у нас знаешь что? Безнадежное СИЗО.
— Где я хоть? — Лена вдруг с изумлением поняла, что даже не знает своего местонахождения.
— В Волоколамске. А что, тебе даже не сказали, куда везут? — удивилась завхоз.
