Девочка Лисёнок и, скорее всего, её брат, такой же рыжий, как и она, пацанчик, годов десяти. На полголовы ниже, худющий, грязный, исцарапанный, с подбитым глазом. В обносках ещё более худших, чем на Лисёнке. Меня, тихо сидящего за кустами и одетого в камуфляж, заметить было не так просто, а детишек не только хорошо видно, но и прекрасно слышно.
– Вот тут никого, – тихо сказала девочка. – Давай поедим здесь.
Они присели на корточки рядом друг с другом.
– Прости, сестрица, – опустив голову, повинился пацан, – тот кусок мяса, что я вчера припрятал, у меня отнял Толстый Барсук со своими дружками.
Если бы один на один, я ему дал бы, а так накинулись кучей… Вот видишь, как в глаз дали, – прикоснулся он к синяку и тяжело вздохнул.
– Ничего, – погладила она его по рыжим вихрам, – я вчера свой кусок весь есть не стала, оставила чуть-чуть, а ещё нашла мучнистые корешки. Они, правда, маленькие и ещё совсем горькие, но ничего, попьём водички побольше.
– А я зато вот что нашёл. – Парень достал из-за пазухи две небольшие ракушки.
– Я ещё поискал бы, но вода очень холодная.
– Ты у меня молодец. Настоящий охотник! – подбодрила его сестра.
– Подожди чуть-чуть, Лисёнок, вот стану настоящим охотником, мы каждый день будем что-нибудь есть.
Мать честная! У меня от этого разговора ком к горлу подкатил. «Господи! – внутренне возопил я. – Есть ли место и время на земле твоей, где сироты, дети твои, нужны хоть кому-нибудь?!»
Мой отец говорил: «Сынок, не помогай всем. Всем помочь невозможно.
Если кто-то рвётся помочь всем, это либо дурак, либо жулик, либо блаженный. Но если ты хочешь помочь, помоги, кому сможешь». Неужто я двух детей не накормлю?
Я решительно встал и вышел из-за куста.
В первый момент брат с сестрой от неожиданности чуть в воду не сиганули. Вскочили, но тут же, узнав меня, замерли.
– Хао, Лисёнок! – приветливо улыбаясь, поздоровался я.
– Хао, Горький Камень, – успокаиваясь, поздоровалась она в ответ.
– А кто это с тобой? – кивнул я на пацана, который спрятался за сестру и бросал из-за её плеча взгляды, наполненные смесью страха и любопытства.
– Это, – вытолкнула она слегка упирающегося малого вперёд, – мой брат Белка.
– О-о, синяк под глазом – вижу, ты встречаешь врага лицом, а не спиной. Из тебя со временем вырастет знатный охотник. Что ж, хао и тебе, Белка, брат Лисёнка.
– Хао, Большой шаман Горький Камень. – Похоже, мои слова ему очень понравились, вон как сразу засмущался.
