Я был, без ложной скромности, большим специалистом. Гораздо позже узнал, что наша детская забава на самом деле грозное оружие, унёсшее жизнь многих европейских завоевателей в Южной Америке и Экваториальной Африке.
Второе дыхание моё детское увлечение получило в армии. Я к тому моменту прослужил уже год. А дело было в том, что наш караул находился недалеко от колхозного зернотока, над которым постоянно реяли огромные стаи голубей. И всё бы ничего, если бы в один день, далеко не прекрасный для жирных, отъевшихся на чистом зёрнышке птиц, Рустам, худой мелкий узбек, отслуживший на полгода меньше меня, провожая глазами очередную стайку, сказал:"
"– Ая, какой хороший щюрьпа просто так лытает.
– А ты что, специалист? – спросил я.
– Да, да, – закивал тот, – Рустамка умеет, Рустамка очень умеет. Голубь вкусный, много блюда сделат можно.
Нельзя сказать, что мы голодали, но какой солдат откажется от дополнительного мяса? Участь голубей была решена. Мастерство, нарабатываемое годами в детстве, никуда не делось. Сколько голубей угодило в различные блюда, и не сосчитать.
Рустам и правда оказался настоящим мастером, и скоро из зачуханного и зашуганного узбека Рустамки он превратился в уважаемого и солидного военного по прозвищу Рустам-бей.
Я выбрал самый длинный ствол с подходящим диаметром, аккуратно оформил посадочное отверстие. В общем, со стволом работы не было практически никакой. А вот со стрелками пришлось как следует повозиться. Нужно было подобрать рогоз нужного диаметра, приладить к нему острый наконечник из кости, а также тройное оперенье из гусиных перьев, так, чтобы они идеально вкладывались внутрь ствола.
Ну, так или иначе, пяток экспериментальных стрелок я сделал.
С утра после завтрака я устроил презентацию нового оружия. Сел на пенёк с духовой трубкой, а метрах в десяти поставил ещё один. Рядом приготовил маленькую тыкву, чуть побольше кулака.
– Итак, – окинув взглядом собравшихся соплеменников, начал я, – все мы хорошо знаем, что любое животное или птица пугаются резкого движения, а для того, чтобы кинуть камень, дротик или боло, нужно именно резкое движение.
Поэтому охотник долго крадётся, замирает, старается не делать этих резких движений. Чем ближе он подберётся, тем больше шанс успешной охоты. Я прав, Хатак?
– Кгм!
– Но если долго сидеть неподвижно, для большинства животных ты становишься как бы невидимым. Именно так охотятся некоторые хищники. – Я поднёс трубку ко рту. – Ну-ка, боец, возьми и поставь эту тыковку на пенёк и беги назад.
