Тогда Эмилю придется стать моряком, а этому учиться надо… В лошадях есть что-то от девочек, только они умирают; меня это не устраивает, лучше смертным буду я. Не сейчас, само собой, и не завтра. Так что ты надумал?"
"– Нового – ничего. Мы по-прежнему должны загнать зайцев в Олларию. Тонкость в том, как передать заразу по эстафете дуксу Салигу. Рединг сообщает, что Заль двинулся нужной нам дорогой, так почему бы нам не объединить наш первый план со вторым? Мы собирались кадельцев перетопить, мы этого не можем, значит, наш замысел должен стать для несостоявшегося утопленника очевидным: Вальдес заманивает несчастных на убой, Эмиль Савиньяк с конным корпусом идет сзади и сбоку, исключая возвращение по собственным следам, а возле озера поджидает Лионель Савиньяк.
При таком раскладе Залю остается одно – удрать в единственно возможном направлении и накляузничать Рудольфу. Тебя верный короне заяц обвинит в измене и самоуправствах, о себе же сообщит, что, горя́ рвением и праведным гневом, готов совершить то, что по непонятной ему, такому верноподданному, честному и горящему, причине не делает регент.
То бишь взять Олларию.
– Душевно, – Вальдес подбросил кольцо правой рукой и поймал левой. – Я, само собой, его упущу, куда мне тягаться с сухопутным генералом, но зайчик должен увидеть хотя бы тень олешка.
– Увидит, хотя долго жонглировать призраками у нас не выйдет. Устроим приличный встречный бой и столкнем разведчиков Заля с алатами и решившим развлечься поиском Эмилем. Если прибавить слухи, то до появления Раймона с морковкой хватит.
Заяц помчится в Олларию не только из-за пригорающих пяток, но и в надежде в самом деле урвать свой кусок. Если выгорит, он или начнет торговаться и выговаривать у Рудольфа маршальство, или с помощью все того же Салигана одуреет окончательно.
– В Хексберг мы, было дело, прикидывали, как, если припрет, изобразить возвращение Салины с авангардом. Вернулся целый Альмейда!
– Здесь возвращаться нам. Если выйдет. Ты когда-нибудь думал, за что тебя любят девочки?
– Бррррр, – альмиранте затряс головой, как отряхивающийся кот.
– А кого им еще любить? Вот за что меня любил дядюшка, я не представляю! Мы были такими разными.
– Дядюшка не подходит.
– Тебе не хватает любви?
– Мне не хватает эориев и красавцев, а прямо сейчас – еще и кошки. Когда соберутся твои офицеры?
– Мои – к десяти.
– Им придется часок-другой подождать. Ты у нас наполовину бергер, сегодня – Излом, так что слезай и пошли за снегом.
