Он не упустил маленькой возможности чмокнуть меня в губы за секунду до того, как я села на пассажирское.
— Грейся, — Вадим включил все системы обогрева в машине, приглушил музыку и сорвался с места. Несколько раз он поворачивался ко мне и смотрел в лицо. И каждый раз, когда поворачивался, я пыталась изобразить подобие легкости и непринужденности. — Ты не заболела? Какая-то… зеленая.
— Не знаю. Но чувствую себя паршиво, — выронила я.
— Ты это… хочешь я матушке напишу? Она врач. Посмотрит тебя.
— Не надо, спасибо.
Я просто устала. Посплю и пройдёт.
Лет пять посплю. Может, действительно потом всё и пройдёт.
— Ну, если что, мой номер у тебя есть.
Вадим довёз меня до подъезда и уже привычно проводил до двери квартиры.
Я сопротивлялась. Потому что знала, что сейчас в квартире может происходить полнейший бедлам, в котором отчим уже добивает маму, лежащую на полу.
А потом какая-то часть моего знания вдруг захотела, чтобы Вадим всё это увидел. Увидел и забрал меня и сестру. А потом, пользуясь связями своего отца, уничтожил отчима.
Наверняка его папа способен на многое.
Но, как и всегда, моя мечта осталась без внимания. Я открыла дверь квартиры, а дом оказалось тихо, чисто и даже пахло чем-то вкусным и съедобным.
— Привет, папаша, — ехидно улыбнулся Вадим и подмигнул вышедшему из кухни отчиму, который нёс в руке кружку с каким-то горячим напитком.
— Прощайся со своим и иди ужинай, пока горячее, — строго отчеканил отчим, просканировал мои ноги в колготках нечитаемым взглядом и скрылся в их с мамой комнате.
Я даже опешила.
— Привет, — смущенно улыбаясь Вадиму, из своей комнаты вышла Катя и подперла спиной стену в прихожей.
— Привет, малая, — подмигнул ей Вадим. — Привёз твою сестрёнку. Смотри, чтобы тот боров её не обижал. Она сегодня устала.
— Хорошо, я посмотрю за ней, — вполне серьёзно заверила Катя.
Потому что для Вадима его слова были подобием шутки, а для Кати они послужили вполне серьёзным предостережением.
— Ладно, принцесса.
До завтра, — Вадим чмокнул меня в губы, ещё раз подмигнул Кате и вышел за дверь.
Я сняла верхнюю одежду и в растерянности дошла до кухни, где мама гремела посудой.
В чем подвох? Где алкоголь?
Почему на столе и в холодильнике только продуктовая часть того, что отчим купил на мои деньги?
— А где алкашка? — спросила я у мамы тихо.
— Какая алкашка? — нахмурилась мама, накладывая в тарелку макароны с мясом. — Ты же только продукты с папой отправила.
