Одним ударом.
А я впервые уснула с улыбкой на губах. Меня нисколько не опечалил даже тот факт, что я наказана и ещё неизвестно, что будет утром.
А утром была тишина. Или даже затишье.
Ещё один вид наказания — посещение туалета, в котором только что был отчим. Тут главное, пока чистишь зубы, не дышать, чтобы не вдохнуть вонь дерьма и дыма сигарет, что он после себя оставляет.
Завтракать я не стала. Главным образом потому, что понимала, что отчим может не разрешить и таким образом отыграется за вчерашнее.
Мама, увидев меня утром в коридоре, лишь осуждающе вздохнула и покачала головой.
Кажется, ей пришлось не по вкусу, что её мужу разбил нос парень её дочери. Но мне было плевать на то, что она думает. Сегодня мне, вообще, было пофиг на чьё-либо мнение.
Сам отчим с обиженной харей и синяками, расплывшимися под красными глазами, предпочел вообще меня не замечать. Он только громко пыхтел, проходя мимо, и строил оскорбленное лицо, наверное, чтобы я почувствовала чувство вины.
Наивный.
Вадим писал мне вчера вечером, чтобы убедиться в том, что всё в порядке, и сегодня утром.
Кстати, он должен приехать с минуты на минуту.
О ситуация не знала только Катя, которая непонимающе смотрела на молчаливых родителей и сияющую меня. Но вопросы она задавать не стала. Наверное, чувствовала, что сейчас любое неверное слово подобно огню пламени у фитиля от взрывчатки.
— Отойди, нахуй, — отчим грубо толкнул меня в прихожей, когда я стояла на одной ноге, застегивая ботинок на другой.
Меня откинуло в висящие куртки, где, к счастью, было мягко.
По скорости, с которой отчим надевал кроссовки, я поняла, что он желает поскорее свалить из квартиры, чтобы не пересекаться с Вадимом. Он всегда убегает, когда знает, что в чем-то виноват и его ждут последствия. Так он всю жизнь и бегает от проверок из школы и от любой другой ответственности, где нужно быть взрослым и суметь признать свою вину.
Но пока выходит, если его не нашли, то он не виноват.
Но в дверь позвонили. По вздоху отчима, надевавшего куртку, я поняла, что он взбешен тем фактом, что не успел унести ноги.
Накинув куртку и рюкзак на плечо, я открыла дверь и сразу наткнулась на неожиданно суровое лицо Вадима. Но он сразу улыбнулся, когда понял, что дверь ему открыла я.
— Привет, принцесса, — обнажил он ровный ряд белых зубов. — Всё нормально?
— Привет, — смущенно улыбнулась я. — Всё хорошо. Спасибо, что приехал.
На самом деле, я ещё никогда не чувствовала себя такой всесильной, как сейчас, когда Вадим был рядом.
