Уже надел новую футболку и джинсы, чтобы мамочка оценила и похвалила, пока у его жены задница в мыле от того, что она с пяти утра вымыла квартиру и приготовила любимую шарлотку для свекрови.
Я в этом всём не участвовала. Для галочки изображала бурную деятельность, будто убираюсь в своей комнате. Катя делала примерно то же самое.
Наконец, когда мама уже вся извелась и была готова выть от занудства отчима о пыли на шкафу и грязной обуви в прихожей, явилась свекровь. Людмила Петровна. Каждый раз я надеюсь на то, что её огромная задница не пролезет в дверной проем и она не сможет попасть в квартиру, но каждый раз эта бабка умудряется проскользнуть к нам боком.
Её сальное жирное лицо, в которое провалились глаза, не вызывает у меня ничего, кроме раздражения. Мы сразу друг друга невзлюбили. Хотя, я думаю, её неприязнь ко мне в разы превышает мою к ней, потому что даже отчим смотрит на меня с большим уважением, чем его горячо любимая мамочка.
— Неужели — открыли, — буркнула эта ведьма, когда дверь ей открыли только после второго звонка.
И плевать, что второй последовал без паузы сразу за первым, но сам факт, что их было целых два уже стал поводом для того, чтобы начать сворачивать кровь мне и маме уже с порога.
— Здравствуйте, — выдавила я кое-как из себя приветствие.
Злобная бабка окинула меня придирчивым взглядом и брезгливо поморщилась. Казалось, даже кучерявый чубчик на её макушке, колышущийся в такт её движениям, изобразил ко мне отвращение.
— Девочки должны носить платья, а не эту рванину.
Я не стала отвечать на её выпад. Себе дороже. Молча отошла в сторону, чтобы её образцовый сынок смог взять у неё большую спортивную сумку с продуктами.
— Я тут напекла пирогов и сварила тебе нормального борща, Борюсик. Твоя-то нихрена не умеет, — вещала эта ведьма, на что мама, стоящая передо мной, шумно вздохнула, но тоже промолчала. — Катюша, солнце, подойди, обними бабушку, — вот для кого эта ведьма становилась нежной и ласковой. Я и мама всегда воспринимались ею только в качестве прислуги, которая обязана обхаживать её сыночка.
Моя мама — потому что должна быть благодарна за то, что её золотой сынок принял её с подкидышем. А я — очевидно, примерно по той же причине, только из чувства благодарности, что он воспитывает меня, как родную.
Знала бы она, как он меня воспитывает… Хотя, думаю, она бы возмутилась, что он слишком мягок."
"— Привет, бабуля, — Катя обрадовалась ей натянуто, приобняла для галочки и тут же отошла в сторону, встав рядом со мной.
