И так же не смог сдержать удивления.
Перед ними стоял не тот Юлиан Джаджен, к которому они привыкли. Всегда спокойный, уравновешенный, идеально выглядевший. Носивший одежду от кутюр. Сохранявший самообладание даже тогда, когда уничтожал своих врагов и присутствовал на допросах. Древний вампир, уверенный в своей силе и власти.
Сейчас они увидели другого Джаджена. Пропустившего через себя Ад. Увидевшего Бездну. Заглянувшего в глаза Тьме. Юлиан словно за одну ночь похудел на десяток килограммов, осунулся. Его глаза налились кровью.
Лицо испещрили глубокие морщины. Губы потрескались, и на них запеклась кровь."
"При всех удручающих метаморфозах, что произошли с его внешностью, он оставался спокойным. И от этого спокойствия веяло самой Смертью. Казалось, воздух вокруг него терял свои живительные свойства, переставал питать организм. Одет Джаджен был только в джинсы и плащ. И по его обнаженной груди змеились, точно живые, тонкие огненные полоски.
Сатинская, побледнев, сделала шаг назад.
- Что за черт, - вырвалось у неё.
- Я не черт, - так же холодно произнёс Юлиан, а через мгновение уже сжимал рукой её запястье. - Владис, свободен.
Владис без лишних слов скрылся в комнате для персонала. Но оставался настороже. Возможно, он понадобится Хозяину. Мало ли что.
Елизавета, интуитивно понимая, что перед ней не тот Джаджен, которого она видела несколько часов назад, попыталась вырваться из его хватки.
- Пусти, - зашипела она. Весь кураж, привнесенный алкоголем, чудесным образом испарился.
Вместо него в душу закрался страх.
Непривычное ощущение, удушающее.
- Пошли.
Снова короткий приказ без эмоций.
Больше Юлиан вести беседы не намеревался. Четким шагом он направился к двери квартиры, едва ли не волоча за собой Сатинскую.
У Елизаветы будто что-то щелкнуло в голове. Она вдруг начала отчаянно сопротивляться, пытаясь освободиться, исторгать грязные ругательства и проклятия. Цеплялась за пустые стены, ломая ногти, упиралась босыми ногами, не замечая, как кожа сдирается с пяток. Кровь, кровь, кровь! Джаджен должен был прореагировать на человеческую кровь!
Дверь квартиры глухо захлопнулась, отрезая Сатинскую от внешнего мира.
И сразу же она почувствовала, как цепкие холодные пальцы перестали её удерживать.
Юлиан отпустил её.
Но надолго ли... И почему, мать вашу, он не реагирует на кровь?
- Ты, долбанный придурок! - прошипела она, часто дыша. - Ты чего творишь? Не боишься покалечить тело своей ненаглядной шлюшки?
Юлиан точно не слышал её.
