И Лиза с Юлианом, не сговариваясь, принялись за еду. Им обоим потребовалось время, чтобы осмыслить произошедшее.
Обедали они не спеша, обмениваясь ничем не примечательными фразами. Точно не было появление призрака, и он не прервал их на пикантном моменте. Оба абстрагировались. И сделали вид, что они просто обычная пара, зашедшая пообедать в уютный ресторанчик. Ну и что, что ресторанчик предназначен не для людей? Ну и что, что завсегдатаи тут оборотни, вампиры да демоны? Ну и что, что блюда тут подавались не только из национальной австрийской кухни? Было и ""особое"" меню, о котором Лиза предпочитала не знать.
Юлиан был прав. Говядина и суп с фрикадельками оказались божественными на вкус. Лиза не остановилась, пока не съела всё. Пару раз двусмысленно пошутила на счет своей ненасытности и с тайным удовольствием заметила, как заходили желваки на лице Юлиана. Кажется, у ее вампира проблема с правильным восприятием информации. Ну что ж, как говорится, каждый думает в меру своей испорченности.
Испорченной оказалась и она.
Потому что стоило им вернуться в прохладный салон автомобиля и оказаться наедине, отрезанными от окружающего мира, как на Лизу накатили странные, сумбурные ощущения. Настроение резко покатилось вниз."
"В голове возникла мысль, которую она старательно гнала от себя последние минут сорок. Гнала маниакально, не желая признавать и анализировать её. Мысль, способную перевернуть её жизнь. Изменить её саму.
Юлиан. Его Елизавета. И, собственно, она - Лиза.
Любовный треугольник, пусть и не совсем банальный.
Вампир, призрак и человек-парапсихолог.
Юлиан вызывал у неё самые противоречивые чувства - от негодования до влюбленности. Она приходила в ярость, когда думала, что он распорядился её судьбой, не посчитавшись с её мнением. Взял и перечеркнул всё. Прошлое. Настоящее. Привязал к своей жизни. Потом она, смущаясь, напоминала себе, что перечеркивать-то особо было нечего. Она с легкостью могла жить и заниматься практикой в любом городе. Выросшая на любовных романах серии ""Шарм"" Лиза втайне всегда восхищалась главными героями, которые, чтобы получить любимую женщину, шли на похищение, принуждение, сгорали в страсти и добивались своего.
Показывали и доказывали женщине, что она ЕГО. Героини - некие кисейные барышни - возмущались, гневались, но в конечном итоге подчинялись и становились самыми счастливыми женщинами на свете.
А если и с ней так? Ведь влечение к Юлиану отрицать глупо. Да и возраст уже не тот, чтобы прятать чувства.
