— Я знаю, многие бы меня осудили. Я не спорю, что сглупила. Нужно было быть одной… Но это было так тяжело.
Все мои кишки сцепил какой-то ноющий холод. Я почему-то вспомнил, что Вика выросла без родителей.
— А сейчас? — решаю перешагнуть тяжелый для нас обоих кусок рассказа.
Вика собирается.
— Павел был сначала против ребенка, а теперь вдруг захотел семью. Но я уже не могу. Даже просто находиться рядом.
Думаю о том, что меня она может видеть вблизи и после расставания. Это из-за помощи? Или я не настолько мерзок в ее глазах? Если вспомнить, как мы оба недавно сорвались.
Поцелуй… Веду плечами, сейчас нужно не пускаться в иллюзии, а узнать нужную инфу.
— Он угрожает тебе? — интересуюсь прямо.
Теперь передергивает Вику.
— Месяц назад я бы сказала, нет, он нормальный парень. А теперь не знаю. Но прямых угроз от него не поступало, он пытается договориться.
У меня чуть не вырывается смешок. Если уж Виктория что решила, переговоры с ней бесполезны. Причем со временем она может сама понять свою ошибку или рассказать то, о чем упорно молчала.
Вот, например, как сейчас.
— А ты?
— Я не хочу, чтобы он приближался к моему ребенку, — Вика ставит точку в разговоре.
Она все время делает упор на том, что малыш только ее. Впрочем, психология беременных с неудачами в личной жизни — не мой конек. Пока переговариваемся и молчим, подъезжаем к дому. Он недалеко от работы Вики.
Останавливаю авто и выхожу, чтобы открыть дверь бывшей. Это не просто жест вежливости. Мне нужно оказаться близко и заглянуть ей в глаза.
— Если ты четко определилась с Пашей, можешь на меня рассчитывать, — хм, звучит как ультиматум, — то есть, в твой выбор я не лезу. Просто имей в виду, в случае чего я помогу.
Вика смотрит на меня прямо и хлопает глазами. Но не лицемерно, как Анжелика. Нет, эта девушка реально в шоке, что кто-то готов подставить ей плечо. Без личных отношений. Только думаю об этом, как взгляд предательски сползает в район ее губ. И вдруг очень хочется вдохнуть в нее жизнь причем самым прямым способом.
Снова попробовать ее вкус.
— Ты знаешь, я всегда рассчитывала только на себя, — грустно улыбается Вика, — но тебе я безумно благодарна. Мало кто так повел бы себя. Ты благородный человек, Полонский. Я не удивлена.
Я даже перестаю думать, какая ее кожа на ощупь. Вика меня хвалит?.. Нет, она и после расставания не допускала оскорблений, претензии были к моему поведению. Но я подумать не мог, что она такого хорошего мнения обо мне.
