— Ты чего, а, Андрей? Что вообще с тобой случилось? Что за наезды такие в стиле девяностых?
— А я и вырос в девяностые, и все мои понятия оттуда. Ты, вижу, тоже не знала, с кем два года трахалась.
— Тебе с рук это не сойдет! — взвизгивает Арина, вжимаясь в обшивку дивана. — Если хоть волос с моей головы упадет…
— То что? Кому ты, на хер, нужна? Костик погрустит день и новую хозяйку себе найдет, Володину на том свете на тебя огромный болт положить, детей у тебя нет, а ебарям только твоя дырка интересна.
Родители у тебя простые работяги из Задрипинска, сама рассказывала. В отличие от тебя, в Москве все знают, что со мной связываться не стоит. Придется отвечать.
— Да за что отвечать-то? — истерично выкрикивает Арина, соскакивая с кушетки. Вот теперь она дошла до кондиции: белая как мел, губы трясутся. — Это нормально разве, чтобы за одно сообщение с людьми так поступали?
— Не за сообщение, а за то, что из-за тебя я слово нарушил. Я ей обещал, что плакать не будет, а она из-за тебя, твари, сутки ревела.
Отвернувшись, я прикладываю телефон к уху и говорю Антипову с Шуваловым подниматься. Знакомые солнцевские ребята. Их услугами пользуюсь нечасто, но иногда приходится. Вести дела в России, чтобы совсем не пачкаться, никак не получается.
Арина, рухнув на пол, начинает реветь, а я иду встречать гостей. Коротко повторяю парням инструкции и, отдав оговоренную сумму денег, выхожу за дверь.
— Куда едем, Андрей Вячеславович? — Петр смотрит на меня вполоборота.
— Стоим пока.
Через пятнадцать минут парни выходят и, загрузившись в черный Паджеро, выезжают из двора. Хороводить Арину сегодня никто не собирался, но дать понять, что я ни хера не шучу, было необходимо.
— В офис, — кивком головы показываю Петру трогать и набираю домашний Арины. Трубку она берет с шестого или восьмого гудка, голос осипший и тихий.
— Это было тебе единственное предупреждение. Сунешься ко мне или к Яне еще раз, все будет в точности как я сказал. Услышала меня?
— Услышала.
— В мой клуб и в «Метелицу» тебе вход с этого дня заказан. В «Жаровню» к Малышеву тоже лучше не ходить, чтобы на глаза мне не попадаться. Фотографии удалила?
— Удалила… они сами удалили.
— Вот и хорошо. И на будущее: думай башкой, прежде чем делать кому-нибудь гадость. Деньгами покойного мужа все дыры не заткнешь — всегда найдутся поумнее тебя и побогаче."
"Истеричное сопение Арины желания слушать нет, поэтому я сбрасываю вызов и набираю секретарше.
