Однако он почувствовал себя в большей безопасности, когда Ви и Рейдж материализовались позади него, их тела вытеснили холодный воздух.
— Я думаю, здесь только он, — пробормотал Бутч, его тело приготовилось к бою. — И я не должен говорить этого… но он — мой.
Когда убийца подошел ближе, Бутч приготовился к прыжку, но случилось нечто странное. Матерь Божья — будь он проклят, если действительно видел это. У лессера не может быть слез, стекающих вниз по лицу, не так ли?
Мучительным голосом он сказал:
— Ты, коп. Возьми меня… прикончи меня.
Пожалуйста …
— Не верь ему, — сказал Рейдж.
Глаза лессера обратились к Брату и затем, вернулись к Бутчу.
— Я только хочу этого. Я пойман в ловушку… Пожалуйста, убей меня. Это, все же, должен быть ты. Не они.
— С гребаным удовольствием, — пробормотал Бутч.
Он сделал выпад к парню, ожидая, что удар вернется к нему в виде любого стиля борьбы, но ублюдок даже не пытался сопротивляться, только упал на спину как мешок с песком.
— Спасибо… спасибо… — странная благодарность лилась изо рта лессера бесконечным потоком, отмеченным мучительным облегчением.
Бутч чувствовал, как сильное желание вдохнуть убийцу овладело им. Держа Старшего Лессера за горло, он открыл рот. Бутч знал, что глаза глимеры наблюдают за ним Тюдоровского особняка. Черт, он начал тянуть, потому что мог думать лишь о Мариссе. Он не хотел, чтобы она видела то, что будет дальше.
Только вот… ничего не произошло. Не было никакого обмена. Появился лишь блок, препятствовавший изменению зла.
Глаза Старшего Лессера широко раскрылись в панике.
— Это работало… с другими. Это работало! Я видел тебя…
Бутч продолжил вдыхать, пока не стало ясно, что по какой-то причине этот был тем единственным, которого он не мог истребить. Возможно, потому, что он Старший Лессер? Кого, к черту, это заботит.
— С другими… — лепетал лессер, — с другими это сработало…
— Очевидно, не с тобой. — Бутч потянулся к бедру и вынул из ножен кинжал. — Неплохого результата можно достичь иначе. — Он замахнулся, поднимая лезвие над головой.
Лессер закричал и начал молотить руками.
— Нет! Он замучит меня! Нееееет….
Крик прервался сразу же, как убийца издал отрывистый звук и зашипел.
Бутч вздохнул с облегчением, довольный тем, что сделал.
Волна зла мгновенно омыла его, полыхая единством ледяного холода и адского жара. Его дыхание перехватило, и мерзкий смех забулькал из ниоткуда, переплетаясь с ночью. В любом человеке подобный звук родил бы мысли о собственной смерти.
Омега.
