— Я могу подождать пару дней. Будет лучше, если мы выждем.
Она поцеловала его и посмотрела на свои часы. Они были самыми любимыми из его коллекции — Петек Филлипп с черным крокодиловым ремешком. Ему нравилась мысль о том, что они были с ней, куда бы она ни пошла.
— Я пробуду в Безопасном месте всю ночь, — сказала она. — К нам едет женщина с двумя детьми, и я хочу быть там, когда они будут регистрироваться. Еще у меня в планах первое собрание с персоналом. Приедет Мэри, и мы проведем его вместе. Так что, возможно, я не вернусь до рассвета.
— Я буду здесь. — Он поймал ее, когда она отвернулась, и снова развернул к себе. — Будь там осторожна.
— Буду.
Он глубоко поцеловал ее, руками обняв стройное тело. Черт, он не мог дождаться, когда она вернется. Он начал скучать, как только она ушла.
— Я полный придурок, — сказал он, когда захлопнулась дверь."
"— Я же говорил. — Ви поднялся со скамьи и взял пару одноручных гирь. — Связанные мужчины — это что-то.
Бутч покачал головой и попытался сосредоточиться на том, что он еще хотел сделать в спортзале этой ночью.
Последние семь дней, когда Марисса уходила на свою новую работу, он оставался в лагере и учился управлять телом. Кривая обучения шла в гору. В самом начале, ему пришлось заново учиться самым простым функциям, например, как есть или писать. Хорошая новость в том, что все работало. Ну, почти все. Одна его рука была в маленьком беспорядке, но ничего серьезно.
А клыки были изумительны.
Как и сила с выносливостью, которыми он теперь обладал.
Неважно, как сильно он выматывал себя в спортзале, тело принимало наказание и отвечало вдвойне. На трапезах он ел как Рейдж и Зед, сметая, почти, пять тысяч калорий ежедневно… и все равно оставался голодным. Что было логично. Он был упакован мускулами, будто принимал стероиды.
Но оставалось два вопроса. Мог ли он дематериализоваться? И вынесет ли он солнечный свет? Ви предложил отложить их на месяц, и он согласился. В это время и так было о чем позаботиться.
— Ты не уходишь, да? — спросил Ви, отвернувшись от бицепса, над которым работал. В каждой его руке был вес примерно в двести семьдесят пять фунтов. Сейчас Бутч тоже мог поднять их.
— Не, соки еще бродят. — Он подошел к эллиптическому тренажеру и взобрался на него, встав в полный рост.
Черт, говоря о «соках»… он помешался на сексе. Каждый раз, как Марисса входила в его спальню в Яме, он не мог удержать свои руки вдали от нее.
