Он из него уже вырос, а Еве, кажется, будет в самый раз. Сашка его очень любил…
— Спасибо большое.
Стульчик Еве понравился, несмотря на мальчуковую расцветку, она с удовольствием начала тянуть в рот ремешки. Я размяла ложкой подогретый творог, отдельно положила яблочное пюре, буду поощрять Еву, чтобы она хорошо кушала.
Начинаю кормить Еву. Приходится пускать на разного рода хитрости, развлекать ее. Пюре она готова слопать целую баночку, а с творогом всегда сложнее. Но совместными усилиями с папой мы справляемся.
Его младший сын, Сашка, не так давно был возраста Евы. Сейчас Саше три с небольшим, он еще доставляет много хлопот.
— Я слышала ваш разговор, — вздыхаю. — Совестно, что я так сильно осложнила тебе жизнь. Если бы я могла…
— Брось. Не бери в голову. Маша отходчивая, говорила не со зла.
Да, может быть, не со зла, но и тепла в ее голосе не было.
И мне ли ее упрекать?
Я и сама не хотела в своей семье чужого ребенка…
Я помнила Марию улыбчивой, доброй, но с тех пор минуло немало времени, и я пришла в дом папы отнюдь не погостить на час или два.
Принесла с собой проблемы, сложности и, как думает Мария, плюсом сюда же идут большие финансовые затраты.
— Пап, тебе не нужно меня содержать и все такое. Я поговорю с Демидом. Пусть… помогает. Ева — его дочь, — добавляю. — Не думаю, что он оставит нас без денег.
Внутренне добавляю тихое: «Надеюсь, что не оставит…»"
"Боже, я только сейчас понимаю, как спонтанно сбежала. Перепугалась до смерти, схватила Еву в охапку и сбежала.
Ведь даже не попыталась сразу позвонить Демиду…
Просто в последнее время у меня сложилось впечатление, будто он меня совсем не слышит. Вдруг бы не поверил, сказал, что мне почудилось, что зря себя накручиваю…
Внезапно все простое стало невероятно сложным.
— Будет ли этот прохвост помогать, — бурчит отец. — Вот в чем вопрос.
— Папа, Демид не такой.
— Не такой не стал бы утаивать ребенка в секрете. Ладно, давай не будем, а? Он, кстати, тебе звонил. Я ответил.
— Когда?
— Ты спала.
Я предупредил его, чтобы не расслаблялся. Завтра я попрошу Машу посидеть с Евой, мы с тобой поедем к адвокату.
Слова отца звучат уверенно, даже с какой-то угрозой, а мне серцде сжимают тиски холодного страха:
— Зачем?
— Чтобы адвокат занялся твоим делом. О разводе, алиментах… Верить на слово такому мужчине нельзя, надеюсь, ты это понимаешь. Если дойдет до развода, ты должна знать, на что стоит рассчитывать.
Развод — ужасное слово. Для меня еще и триггерное.
