Разговор вялый, чувствую, будто свекровь хочет что-то сказать, но помалкивает. Однако вместе с этим постоянно просматривает на супруга, будто источником информации должен стать он.
Так и происходит после изготовления, как мы сели за обеденный стол.
— Ты разговаривала со своей сводной сестрой после неприятной сцены?
— Нет.
— Не было желания? Или не видишь смысла? — наседает свекр.
Немного растерянно смотрю на него. Обычно он со мной почти не разговаривает… Лишь обменивается замечаниями вскользь.
Но сейчас он явно настроен побеседовать со мной и спрашивает о довольно сложном.
Причем, я не привыкла открыто делиться своими чувствами со всеми. Тем более, с теми, с кем нет особенно близких связей!
Но сейчас уйти от ответа не выйдет. Потому что свекр снова наседает, сообщив:
— Демид навещает ребенка от той женщины в больнице. Ты в курсе? — громко втягивает куриный суп с лапшой.
Моему удивлению и возмущению нет предела!
Выходит, Демид промолчал.
Боже, я не спрашивала. Он сам и не сказал.
И вроде бы чего такого, да? Но мне все равно неприятно.
— Вижу, ты не знала, — продолжает свекр. — Какую еще лапшу ты готова выслушать? Или собираешься жить вместе, шведской семьей? — спрашивает неприязненно.
Потом он громко опускает ложку на стол и заявляет:
— Кажется, в этой семье только я один готов на решительные меры!
— Что вы имеете в виду? — интересуюсь я. — Под решительными мерами вы понимаете скандалы? Кругом все только и делают, что лезут с советами. А бывали ли вы сами в подобных ситуациях? Очевидно, что не бывали!
— Одно я знаю точно.
За семью побороться стоит. Мне нравится, что Демид выбрал себе жену покладистую. Но есть покладистые жены и не мямли. Не уверен, что скоро о двоеженстве моего сына не будут говорить на каждом углу. Может быть, уже шепчутся, ведь кое-кому ума не хватило все скрыть, как следует!
— Я не понимаю, к чему вы клоните.
— Одна — стерва, вторая — мямля, — вздыхает секр. — Послал же бог родственничков!"
"— Довольно, — поднимаюсь я из-за стола.
— Пожалуй, нам с Евой пора домой. Была рада увидеться.
— Присядь, Соня, — просит свекровь. — Не обращай внимания на речи моего супруга. Такой стиль общения. Всегда начинает издалека, заходит с неприязни, а потом удивляется, почему у него так мало друзей. Более того, мы обеспокоены. Всерьез обеспокоены. Андрей говорил с Демидом, но тот словно рогом в землю уперся, что Макс — его сын. Но мы желали бы в этом убедиться. Понимаешь?
— Вы про тест ДНК? — уточняю я.
