1
Марика
В роскошном салоне мы только вдвоем, окна затонированы, но я все равно думаю, что это слишком непристойно!
Близость Алекса заставляет меня совершать безумства, а мысли о брате и том сюрпризе, что ему приготовил муж, тают под горячими, жаркими поцелуями любимого.
Он жадно скользит ладонями по телу, гладя небольшой, округлившийся животик и постанывает прямиком мне в рот.
— Сладкая, ты такая охеренная… Почему ты так вкусно пахнешь? Новый парфюм?
— Нет, я уже несколько дней не могу пользоваться парфюмом, душит.
— Значит, твой собственный запах просто бомба! — облизывает шею, покусывая.
Слышу, как звякает металлическая пряжка его ремня. Мы еще только целуемся, но Алекс успевает распустить ширинку и стянуть вниз брюки вместе с бельем.
— Ох, черт… Ты сразу перешел к главному! — пялюсь во все глаза на его член. — Вот это да.
— Да-да, я жутко голоден! Иди ко мне, как и обещала!
Он подсаживает меня на свои колени и властно задирает юбку платья. Я не могу удержаться, чтобы не поддразнить его.
Просто скольжу на его бедрах, наталкиваясь на член и уходя в сторону.
До тех пор, пока он не рыкает сердито:
— Стоять!
Легкий шлепок огревает попку.
— Накажу за нарушение дисциплины. Поедешь домой без трусиков.
Он с легкостью разрывает невесомое кружево. Мой слух ласкает этот порочный треск, наполняя предвкушением.
— Алекс, ты хоть знаешь, что это были мои любимые трусики.
— Теперь они мои! — засовывает кружевные обрывки в карман пиджака и притягивает меня плотнее. — Садись на мой член.
Стараюсь не подавать виду, как меня заводят эти пошлые разговорчики и приказной тон мужа, но он и так все чувствует, когда наталкивает меня влажными складками на свою каменную эрекцию.
— Опускайся, — хрипло шепчет. — До самого основания. Бери меня целиком…
Скольжение вокруг толстого, увитого венами ствола его члена наполняет невероятными ощущениями. Мне нравится быть такой тугой и влажной для него. Я сама едва не скулю…
— Вот так!
Взмахом бедер, Алекс насаживает меня целиком и обнимает крепко, чувствую себя пришпиленной к нему намертво и задыхаюсь от жгучей наполненности и твердости, которая находится глубоко во мне.
— Молодец, ты такая послушная и открытая для меня. Моя девочка…
Пальцы Алекса распускают пуговицы на моем платье и оттягивают вниз кружевной лифчик, чтобы схватить пальцами тугие, острые бусинки сосков.
— Алекс… — хныкаю я, когда его пальцы начинают играть с моей грудью, полной, тугой, налившейся возбуждением.
