Для того чтобы не выбиваться из графика, в восемь утра ей следовало уже сидеть за столом и работать над книгой про олигарха. С восьми до десяти это, потом два часа на сбор материала на книгу о Резановой, после обеда свой собственный роман, который издательство ждет через два месяца, а он, вот ужас, готов только на четверть. И вместо того, чтобы встать в шесть, позавтракать и придерживаться жесткого графика, она дрыхнет без задних ног.
Конечно, хозяйка усадьбы ясно дала понять, что до понедельника они к совместной работе не приступят, но это вовсе не повод с первого дня так непростительно распускаться.
Что ж, завтра она поставит будильник, только и всего. Глафира спустила ноги с кровати, нащупала тапочки и прислушалась. Нет, над головой никто не ходил, зато с улицы раздавался какой-то мерный рокот. Выглянув в окно, Глафира поняла, что это включен автоматический полив растущих перед домом деревьев.
Быстро собравшись, она спустилась вниз и прошла на кухню, где хлопотала у плиты Клава.
– Доброе утро!
– Доброго утречка, доброго, – приветствовала ее домоправительница. – Хорошо спалось на новом месте?
– Да, спасибо, просто отлично. Все на свете проспала. И завтрак тоже.
– Да почему же это? – Клава искренне удивилась подобному заявлению. – Вот сегодня гости приедут, так завтра завтрак начнется с шести утра и до самого полудня. У всех режим разный, и Инесса Леонардовна к этому с пониманием. Вы что кушать будете?
– Да что есть, то и буду, – стеснять Клаву Глафира не собиралась.
– Вы же уже обед готовите?
– Обед. И ужин. Народу-то приедет немало, так что нужно заранее озаботиться. А насчет завтрака, есть каша пшенная с тыквой. Всю ночь в печи стояла и еще теплая. Сырнички нажарены, целая миска. И на сегодня, и на завтра, значит. Могу со сметаной подать, могу с медом или с вареньем, какое пожелаете. Ну, и яичницу пожарить могу. Хоть из куриных яиц, хоть из индюшачьих.
Яичницу, как на грех, хотелось очень сильно и именно из индюшачьих яиц, крупных, с ярко-желтым желтком.
О такой яичнице ей как-то рассказывал Валера, у которого кто-то из родственников жил за городом и разводил индюшек. Сама Глафира никогда ее не пробовала. Но Клава готовила сразу несколько блюд и на большую ораву гостей. Нет, некрасиво отвлекать ее от дела. Наверняка яичницу можно будет попробовать завтра, а сегодня обойтись кашей. И сырниками. Так она Клаве и сказала.
