Конечно, же я не собирался сторожить всю ночь лихо окаянное, просто решил переждать минут пятнадцать, на тот случай если передумает и прискачет обратно.
Сидел и думал о ней, не понимая, как можно вестись на всякие глупости. Да малявка, и что? Остальные тоже малявки, а за нос ее водят! Я бы на ее месте подошел к этой самой Оксане, косу на руку намотал да моськой ткнул в эту самую кучу, где лихо закопано.
— Лихо, блин, — все-таки не удержал смех, когда вспомнил как шепотом поведала о своей великой миссии.
Выждав сколько надо, притоптал эту несчастную кучу, погасил фонарь и поплелся домой, уже не надеясь пробраться незамеченным — издалека свет на дворе приметил, значит бабушка с дедом встречают.
Эх и попадет сейчас. И все из-за какого-то лиха!
Спустя кучу летПоступив в престижный университет, я остался верным давней привычке и снова поехал на каникулы в деревню. Это ритуал, многолетняя традиция, которую не хочется нарушать.
Дворовые друзья выросли, и уже не носились как угорелые по ближним подлескам. Любовь уже крутили.
Я и сам давно уж с девчонками во всю мутил «по-взрослому», реализуя бешеное либидо молодого организма.
Сенька, которому я когда-то в детстве морду бил, давно приятелем стал. Похудел, вытянулся, превратившись из дрожащего жирного пузыря в сухую жердь-перемотину. В этот раз он каким-то странным был. Сидел по большей части в сторонке, молчал, думал о чем-то. То и дело доставал маленький истрепанный блокнот, огрызок карандаша и принимался что-то писать.
— Что ты там все карябаешь? — пытаюсь заглянуть, но он сердито глянул на меня и спрятал блокнот, как величайшее сокровище.
— Не лезь к нему, Илюх, — посоветовал Леха, — он там стихи пишет.
— Стихи? — я чуть не заржал. В моем представлении стихи и Сеня вообще не сочетались, — в поэты решил заделаться?
— Отвали! — огрызнулся и вскочив на ноги бросился прочь.
— Чего это с ним? — удивленно спрашиваю у парей.
— Влюбился, — смеется конопатый Борька, — по Варваре чахнет, а она на него даже не смотрит.
По Варваре? По Варенику что ли? Было бы по чему сохнуть! Друг — отличный, а как объект для воздыхания — не уверен.
Я вообще не воспринимал ее как существо женского пола. Иключительно как друга, как малявку, за которой присматривать надо, чтобы в неприятности не влезла.
На следующий день жара такая напала, что хотелось или в погребе спрятаться, или в реку забраться и не вылезать. Собрались дружной компанией и пошли на берег, к тому месту, где твердое песчаное дно плавно на глубину уходило.
