И каждый раз просыпалась с криком, чувствуя, что рана в груди снова разодрана и из нее рекой льется черная кровь."
"Мне так хотелось передышки, хотелось все забыть, но это было невозможно. Просыпалась с мыслью о нем, о них и засыпала с этими же размышлениями, надеясь, что на следующий день станет легче, хоть немного. Чуда не происходило.
Он сломал меня, убил. Я ненавидела его, особенно за то, что никак не получалось разлюбить. Хотела увидеть его, до дрожи мечтала прикоснуться, но знала, что никогда не смогу этого сделать.
Потому что не прощу. Такое не прощают.
Выплыву как-нибудь. Справлюсь. Но не прощу.
Проблема в том, что на хрен ему не сдалось мое прощение, как и я сама целиком.
Выписки я ждала с паническим ужасом, ведь придется идти на работу. На ту самую работу, которую я раньше обожала, а теперь она превратилась вместо, где живут огнедышащие драконы, демоны, черти, и гребанные усмехающиеся клоуны с кровавым оскалом.
Надо увольняться! Искать что-то на другом конце города, а лучше на другом конце Земли, что бы вероятность случайного столкновения с ним была равна нулю.
И плевать, что Неманов обо мне подумает, что обзовет скучной трусихой… Я опять себе льщу, он обо мне ничего не подумает, ему плевать. Этот жестокий человек уже забыл о моем существовании.
Когда иду на прием в голове крутится множество идей как продлить больничный. Снять шапку, наесться мороженого, промочить ноги, прыгнуть под автобус.
Естественно ничего из этого я не сделала. Так ведь нельзя, так неправильно, нечестно.
Неманов был прав. Я скучная.
Поэтому смирившись со своей незавидной судьбой покорно позволила себя выписать, взяла больничный лист и понуро побрела домой.
***Когда возвращаюсь у меня нет сил шевелиться. Сажусь на диван и растерянно смотрю по сторонам. Дом опустел, осиротел без него. С каким рвением я поддерживала чистоту и порядок, когда мне казалось, что наше гнездышко — лучшее место на 3емле, с такой же апатией я относилась теперь к этому помещению, где я перестала себя чувствовать, как дома.
Беспорядок, немытая посуда, слой пыли на мебели — все кажется таким бессмысленным, таким пустым, когда твоя жизнь летит под откос.
Со слезами я справилась, перестала выть, рвать волосы на голове от тоски, но что делать с тем равнодушием, что расползалось темной кляксой внутри?
Звонит телефон. Весёлая мелодия кажется неуместной в моей обители скорби. Я игнорирую звонок, даже не делаю попыток посмотреть кто там. Мне все равно.
