В дверном проеме оба ее ребенка настороженно рассматривали свою непутевую новоявленную мать, что поспешно поправляла стянутое с плеч платье, а очнувшийся Клим пробовал пальцем прикушенную нижнюю губу.
— Извини, я не хотела… — пробормотала она, уворачиваясь, но цепкая рука обхватила запястье, и Клим уперся лбом ей в затылок.
— Ты правда веришь, что сможешь долго брыкаться? — от его дыхания шел жар, и Катя на полном серьезе испугалась, что у нее сейчас загорятся волосы.
«Точно пьяный, у него и язык заплетается…»
— Я подожду, Катя, еще недолго подожду.
Но запомни, что бы ни случилось, где бы ты ни была, по итогу ты будешь со мной, поняла? Ты и твои дети, — Клим оттолкнулся от нее, хлопнул дверью и сбежал вниз по ступенькам.
Когда за окном взревел мотор, а потом раздался визг трущихся об асфальт шин, она от всей души посочувствовала Ламборджини, который уж точно ни в чем не был виноват, и на котором теперь больше всего отрывался Аверин.
Все воскресенье Катя подсознательно ждала Клима, вздрагивала от каждого шороха и с надеждой бросалась к двери.
Вывела малышей кататься на велосипедах, а сама только и думала, как хорошо было бы, если бы он вдруг сейчас явился — самой тащить на себе велосипеды, а потом управлять ними одновременно было очень неудобно.
Она совсем выбилась из сил, и даже разозлилась в какой-то момент на Аверина, именно тогда ей показалось, что из-за поворота вывернул и тут же скрылся знакомый космолет-Ламборджини. Но нет, показалось.
Вернулись домой, и Катя снова его ждала, его самого или звонка, или сообщения — ну хоть чего-то.
И все это время на ней жарким огнем горели поцелуи Клима. Две ночи подряд ей снились эти поцелуи и то, как он заламывал ей руки, как стягивал с плеч платье, как съезжал по шее вниз к ключицам и снова возвращался обратно.
Катя с ужасом понимала, что не позови ее тогда дети, она бы даже не подумала останавливаться, наоборот, ее руки уже были под его футболкой, а вот почему он так действует на нее, она не понимала. Как будто Аверин обладает особой способностью играючи разжижать мозг и отсекать волю, подчиняя ее себе и своим желаниям.
Полностью, кстати, совпадающим с Катиными.
Из-за этих снов она совсем не выспалась и приплелась на работу с покрасневшими глазами. Там ее окончательно добил Клим, едва кивнувший небрежно и так беззастенчиво флиртовавший на кухне с Кариной из юридического отдела, что Катя еле сдержалась, чтобы не опрокинуть чашку с кофе на его искрящуюся самодовольную физиономию.
