"
"— И что ты решила?
Он спрашивал с таким же непроницаемым видом, но по поджатым губам Катя понимала, что он предельно напряжен, и чтобы заштормило, достаточно одного неосторожного слова или жеста. Но молчать она тоже не могла.
— Я отказалась, Клим.
Он надолго замолчал, лишь стиснул челюсти так, что на скулах желваки заходили. А она смотрела на его красивые губы, сжатые в тонкую линию, и искала в себе смелость спросить, означает ли его молчание то, что он только что взял обратно все обещания и предложение выйти замуж тоже.
Зря искала, смелости и капли не было, зато все без слов отражалось в его потухших глазах, и Катя, как бы ей не хотелось, не могла его винить в нежелании тащить на себе такой неподъемный груз.
— Это… Это был бы выход, Катя, — наконец-то заговорил Аверин, и Катя выдохнула чуть ли не с облегчением. Ей казалось, та оглушающая тишина ее просто раздавит. Зато честно.
— Клим, — она несмело протянула руку и прикоснулась к пальцам Аверина, — я все понимаю, не переживай, ты ведь ничем мне не обязан.
Но я отказалась не только потому что, — спохватилась и вовремя проглотила готовые вырваться наружу слова о его недавнем предложении, о котором он наверняка уже сто раз пожалел, — потому что люблю тебя. Я не верю этому Александру, ни одному его слову не верю.
— Нет, Катя, не понимаешь, — Клим выдернул руку и схватил ее за запястье, — ты просто не представляешь, насколько все серьезно.
И я ничего не смог сделать.
«Ты мог бы на мне жениться, Клим, и мы могли бы уехать…» Катя была рада, что не сказала это вслух, какое она имеет право упрекать его в малодушии?
— Тебе больше не придется ничего делать, Клим, я все продумала. У меня есть приятельница, она журналист нашего местного телевидения. Я ей позвоню и попрошу о помощи, уверена, если вынести эту историю на всеобщее обсуждение, Подкользины уже не смогут действовать так нагло и бесцеремонно.
Я пойду, у меня много работы, Клим, я по-прежнему не могу себе позволить потерять свою зарплату, — она встала и пошла к выходу.
— Катя, — догнал и развернул за плечи, — эта машина появилась не просто так, тебя хотят вывести из игры.
— Я знаю. И то, что ко мне приставлен телохранитель, тоже знаю, мне очень подробно рассказал юрист. А теперь приведи хоть один довод, что все это не может быть делом рук Александра.
