Окидываю «убитое» помещение незаинтересованным взглядом и уже ничему не удивляюсь. Здесь все ожидаемо плохо: деревянные рамы на окнах, потертый линолеум на полу, стены неровно окрашены, кровати простые и держатся на честном слове. Вспоминаю сумму, выделенную на ремонт, считаю, сколько денег реально дойдет до отделения, и тяжело выдыхаю. Сильно не развернешься, но хоть что-то.
Надиктовываю на камеры пару общих фраз ""о свете в конце тоннеля"", обещаю то, что выполнят за меня, и спешу оставить в покое взбудораженных беременных.
Повезло, что девчонки спокойные попались. Могли бы послать меня вместе с моим мандатом. Имеют право.
Оставляю доктора на растерзание журналистов, которым всегда мало кадров и информации. Сам резко распахиваю дверь, желая поскорее убраться отсюда. Переработал.
Стоит мне перешагнуть порог, как в меня врезается кто-то. Окутывает цветочным ароматом, на секунду утыкается носом в грудь и мгновенно отстраняется.
— Ой, извините, — режет слух знакомый голос, проникает прямиком в мозг и медленно, мучительно режет его на тоненькие слайсы.
Ловлю хрупкую фигурку, машинально беру за плечи, не спешу отпускать. И застываю, стоит лишь посмотреть в манящие серо-голубые глаза, которые изумленно округляются и кажутся на похудевшем личике невероятно большими. Опускаю взгляд на тоненькие ручки, что нервно сжимают «обменную карту».
Какого…
Глава 2
Дмитрий
Отпускаю Катю, но только для того, чтобы рывком выхватить у нее документы. Она настолько удивлена и растерянна, что даже не сопротивляется.
Лишь издает слабый стон. Обреченный и протяжный, будто я — источник всех ее бед. Кстати, об этом я и хочу детальнее узнать."
"Пробегаю глазами документы. Прежде всего, цепляюсь за фамилию — Ильина. Катя на девичьей? Паспорт не тот в гинекологию взяла? Или запуталась в своих альтер эго?
С подозрением смотрю на Екатерину исподлобья, а она хмурится, поймав мой взгляд, и предпринимает слабую попытку забрать карту. Но я не выяснил главное, поэтому держу крепко. Тоненькие женские пальчики соскальзывают с папки, а ноготки с тихим скрипом царапают глянцевую поверхность.
Катя вздыхает, складывает руки на груди, сводит брови и с вызовом вздергивает подбородок. Однако не произносит ни слова, словно от меня первого шага ждет. Пользуясь моментом, сканирую ее всю.
Волосы убраны в хвост, из-за чего четко видны отросшие блондинистые корни. Катя решила вернуть свой естественный цвет? Игра закончилась, и ей больше не надо маскироваться.
