Я улаживал.
Станислав сел за стол и выпил еще одну чашку остывшего чая. Из-за стола ему хорошо был виден пленник. Рассматривал его старший лейтенант долго. Рассматривал и раздумывал. Ему претило просто вот так убивать человека, даже если тот пришел убить его. Не мог старший лейтенант убить человека, который лежал в коридоре со связанными руками. Но и отпускать его было опасно. Опасно не только для него самого, но и для других, которых его гость может убить. Киллеры редко меняют профессию.
– И как так получилось, что ты стал на мента работать? – спросил Ратилов, выискивая повод, чтобы принять решение.
– Просто. Подрался, изуродовал двух парней, менты сцапали. Тут один мент помог дело замять. И даже взял не много. Потом тягать начал.
– Обычное дело, – согласился Ратилов. – Вальцеферов?
– Нет, другой. Посерьезнее в должности…
– А что домой не уехал? Здесь как живешь?
– Дома я в розыске. Здесь проще прожить. Временная регистрация. Мой мент помогает продлить. И даже на работу меня устроил, чтобы не светиться безработным.
– А Вальцеферов что? Как он тебя запряг?
– Думаю, мой мент сдал в аренду.
– Платит твой мент хорошо?
– А тебе какая разница? Мои деньги – это мои деньги.
– Может, я тоже хочу подработать. Тебя вот осилил. И покрепче парней осиливал.
– Плохо платит. Жадный. Его так и зовут – Скряга. Считает, я много не стою.
– А ты много стоишь? – усмехнулся старший лейтенант, памятуя, как легко справился с наемным убийцей, действовавшим примитивно и до безобразия непрофессионально.
– Я голыми руками убить могу. Без всяких пистолетов.
– Большой специалист по «рукопашке»?
– Хороший специалист. Я в профессиональных боях без правил выступал. И сейчас бы выступал, да язва замучила, удары держать трудно. И не знаешь, когда прихватит.
– Теперь еще и челюсть… – сказал старший лейтенант.
– Что – челюсть?
– Сам не чувствуешь, что она у тебя сломана? После переломов заново будет ломаться легко. С боями ты навсегда попрощался.
– Я с ними попрощался давно.
– Плохую замену нашел.
– Замена меня кормит. И жене с детьми кое-что послать могу.
О том, что у его жертв тоже могут остаться жены и дети, Станислав напоминать не стал. Он уже принял решение. Человек, заявляющий, что умеет убивать руками, не захочет уйти просто так, оставив кому-то свой пистолет. Чужой то есть пистолет, за который ему отвечать придется. И старший лейтенант был готов к дальнейшему развитию событий. Только противник его не знал об этой готовности.
