Это в стиле Авериных: не давать ни поблажек, ни спуска.
— Теперь понятнее. Я тебе мешаю, потому что чужая. Просто я годами ломаю голову, что же такого могла тебе сделать…
— Ты дерьмовое воспоминание, — резко отрубает он.
Я не понимаю смысла этого выражения, но оно меня почти не обижает. Сейчас меня интересуют две вещи: спокойно добраться до города и не сделать наши отношения ещё хуже.
— Мне нужна неделя, чтобы найти квартиру. Прости, но ради твоего удовольствия спать на улице я не буду. И что бы ты там обо мне ни думал, у меня есть гордость.
Я отдаю себе отчёт, что три года, прожитых вместе, — это слишком мало, чтобы называться семьёй. Мамы нет, и для вас я никто. Луизе просто нравится считать меня сестрой.
— Это новая тактика?
Я качаю головой.
— Почему ты видишь только плохое?
— Назовём это опытом.
— Мне жаль, что тебе так не повезло.
Глаза Арсения в зеркале заднего вида сужаются, в них проблёскивает холодный металл. Я же удивляюсь тому, насколько спокойно у меня получается с ним говорить.
Может быть, дело в том, что нас разделяют спинки сидений и Арсений не имеет возможности ко мне приблизиться.
Дорóгой ему много раз звонят. Среди мужских голосов я безошибочно различаю женский, мягкий и мурлыкающий. Если бы не это, я бы и не поняла, что Арс разговаривает с девушкой. Его тон по-деловому сухой, а односложные ответы не дают ни единой возможности завязать длительный разговор.
— Нет… Нет. В машине. Не сегодня. Сам позвоню.
Мне всегда было интересно, как у Арса складываются отношения с противоположным полом.
Тогда как Луизу толпами осаждали ухажёры, личная жизнь её брата была тайной за семью печатями. Пару раз я видела его в компании друзей, но с девушками — никогда. Он точно не гей. Луиза по секрету мне рассказывала, что лет восемь назад Арсений встречался с её подругой, и, после того как он её бросил, она пыталась покончить жизнь самоубийством. Тогда перепуганные родители положили её в клинику.
В пробки мы, к счастью, не попадаем, и уже через сорок пять минут «Ауди» тормозит возле входа с надписью «Малина».
— Спасибо, что довёз, — я украдкой поправляю шёлковое декольте комбинезона и берусь за ручку. Наши глаза снова встречаются, я вспыхиваю и поспешно отвожу взгляд.
Арсений на удивление выходит за мной. Его шаги преследуют меня и тогда, когда я поднимаюсь по ступеням. Делать вид, что я этого не замечаю, нелепо и глупо, поэтому я оборачиваюсь:
— Ты тоже идёшь сюда?
— Тонкое наблюдение. У меня здесь встреча.
