— А пока ювелир еще не прибыл, почему бы нам не прогуляться по парку? Сегодня превосходная погода! Маркиз Абеляр даже снова отправился к реке на свои этюды.
— Между прочим, ваша светлость, — Жасмин снова капризно надула губки, — его сиятельство до сих пор не завершил мой портрет. А я хотела бы, чтобы вы взяли его в столицу. Я надеюсь, что вам будет приятно смотреть на него, пока мы с вами еще не вместе. Я говорила об этом маркизу, но он так увлечен своим новым творением, что не обратил никакого внимания на мои слова.
Наверняка как раз сейчас он работает над картиной, где изображена та воровка, которую вы изволили прогнать со двора, — она сделала выразительную паузу, дабы убедиться, что я понял, о ком она говорила.
Я только вечером вспомнил, почему лицо той белокурой девицы показалось мне знакомым. Я видел ее в Альенде в гостинице, когда граф Шортер так не к месту решить применить свои способности менталиста.
— Между прочим, я справилась об этой девице у вашей экономки, — сказала Жасмин. — Она живет в ближайшей деревне.
Ах, я опять забыла ее название! И знаете, что интересно? Оказывается, она крестьянка только наполовину.
— Наполовину? — удивился я.
— Именно так! — почти торжествующе подтвердила мадемуазель Эванс. — Ее отец был дворянином, а вот мать не имеет благородных кровей. Но брак ее родителей был заключен официально. Возможно, она полагает, что такое происхождение дает ей те же права, что и у нас, но если она вдруг вздумает заявить об этом, то я быстро поставлю ее на место.
Надеюсь, вы согласитесь со мной, что такие браки не должны заключаться вовсе, а рожденные в них дети не должны иметь никаких дворянских прав.
— Но что же она делает здесь, в Шатель? — не дослушав, спросил я.
— Старший брат выгнал их с матерью из дома, и они вынуждены были вернуться в деревню, где родилась ее мать. И теперь влачат жалкое существование, хватаясь за любую возможность заработать.
Она заявила об этом почти с презрением. Я же не нашел ничего предосудительного в таком стремлении к труду, тем более что эту барышню в детстве наверняка к нему не готовили.
Но спорить со своей невестой по такому пустяку я точно не собирался. Мне не было никакого дела до этой полукровки.
— Мне кажется, дорогой Бернард, нам следует предупредить маркиза о том инциденте с браслетом, — продолжала Жасмин. — Ведь не исключено, что во время этюдов эта девица попытается что-нибудь украсть и у него самого.
— Как вам будет угодно, дорогая Жасмин, — усмехнулся я.
