Я отобрала самые крупные, уже пожелтевшие или даже ставшие коричневыми плоды, отрезала у них ту часть, которая примыкала к плодоножке (из находившихся в этой части семян выросли бы, скорее всего, горькие овощи). Потом разрезала огурцы напополам, достала семена и положила их в глиняную миску вместе с мезгой. Накрыла миску тряпочкой и оставила на пару дней — для брожения,
А через два дня, когда мезга расслоилась, и на поверхности появились пузырьки, я налила в миску воду. Мякоть и пустые семена поднялись на поверхность, и я слила их вместе с водой.
А осевшие на дне хорошие семена промыла водой и разложила на деревянный лист для просушки.
Если мы будем выращивать огурцы на своем огороде и вдоволь их поливать не холодной водой, то плоды будут иметь совсем другой вкус. И уж тогда-то и жители деревни Шатель, и обитатели имения герцога Клермона уж точно не смогут перед ними устоять!
Глава 25
Сначала на это обратила внимание матушка и сказала об этом мне. А потом и я стала замечать, что то Ален, то Стефани, то Сэмми то и дело наведывались на кухню, чтобы прихватить оттуда кусочек хлеба, косточку из супа или корочку сыра.
Прежде к вечеру у нас всегда оставалось что-то из приготовленных за день блюд, и на ночь мы выносили съестное на холод. Теперь же тарелки и чугунки были девственно-чисты, словно у наших деток вдруг проснулся зверский аппетит.
И когда я увидела однажды, как Сэм выходит из кухни с большим ломтем ржаного хлеба, я спросила:
— Ты голоден? Садись за стол, я положу тебе еще и каши.
Но он замотал головой и засунул хлеб в карман.
— Сейчас я не хочу есть. Я на потом, на ночь. Мне вчера захотелось есть, когда мы уже легли спать.
Я не стала настаивать и позволила ему удалиться. Но не поверила ему ни на миг. А потом, когда он уже ушел с кухни, приоткрыла дверь и стала прислушиваться.
Сэмми был еще слишком мал, чтобы просчитывать на несколько шагов вперед. Я знала, что долго таиться он не сможет. Не выдержит, захочет поделиться этим хлебом с тем, для кого он его припас.
"
"Признаться, я думала, что это какой-то мальчишка из деревни. В Шатель было немало бедных семей, которые перебивались с хлеба на воду. Я бы не удивилась, вздумай Сэмюэль подкармливать кого-то из своих новых приятелей. И ничуть не осудила бы его за это. Да, у нас и у самих пока не было того достатка, который позволял бы нам чувствовать себя спокойно, но если бы Сэм решил поделиться с тем, кому было куда хуже, я даже похвалила бы его.
